Интересно — британцы располагали серебряной казной? Они же как — никак торговая компания.
— Джон Мерик! Дипломат! — Я выкрикнул это с позитивными и уважительными нотками в голосе. — Если ты утверждаешь, что у вас нет скрывающихся заговорщиков, то возможно ты пригласишь меня и самых близких мне людей внутрь, поговорить?
— Господарь. — Заворчал Богдан. — Там же коридоры узкие. Зайдем, перебьют нас там. Может мы их всех из аркебуз, залпом…
Хорошо, что он догадался говорить это тихо.
— Рано, казак, рано.
Ответа никакого не последовало.
— Джон! Может быть ты хотя бы выйдешь? И мы поговорим с тобой лицом к лицу, как благоразумные люди? Чего горло драть! Мы не желаем вам зла! Мы ищем людей! Возможно, произошла какая-то ошибка! Возможно, нас обманули и это все происки наших совместных врагов. — Когда говоришь человеку о чем-то совместном, это всегда сближает.
— Хорошо! Я выйду к тебе! Дай слово, что твои люди не нападут.
— Клянусь! — Я поднял руку, повернулся и также громко стал раздавать приказы, чтобы мои люди не в коем случае не восприняли выход этого британца, как повод к началу штурма. Мы поговорим и решим все миром.
Я обошел здание и занял место так, чтобы были видны и технический и парадный входы. Время шло. Дверь отворилась и на крыльцо вышел человек. На нем был непривычный для Руси наряд. Западноевропейский камзол, шляпа. На перевязи висело клинковое оружие. Шпага вроде бы. На вид он выглядел уже стареющим господином, волосы покрыла седина, лицо испещрено морщинами. Спускался он медленно, величаво.
За спиной его двигался юноша. Молодой парень, возможно телохранитель, а может быть, сын или племянник. Сходство вроде какое-то было. Но все же они были иноземцами и возможно для меня, да с такого расстояния, могли казаться схожими.
— Идем. — Я махнул рукой своим телохранителям. — На окна смотрите.
Казалось безумием, что по нам будут стрелять, но все же.
Пожилой торговец и его спутник замерли, спустившись по лестнице. Смотрели на нас как-то предвзято, подняв подбородки.
— Я официально заявляю, Игорь Васильевич… — Имя мое он прямо сильно исковеркал, но я не увидел в этом чего-то недостойного. Иностранец как — никак. — Никого чужого в здании нашей компании нет.
— Возможно, Аким Иванов, вчера стал вашим. — Я улыбнулся ему. — Мерик Джон, он может быть опасен и для вас.
Смотрел на него пристально, изучал. Он точно что-то скрывал.
Но тут, стоящий чуть сзади молодой человек подал голос.
— Отец! Это тот самый человек, о котором говорят. Отец? — Он говорил на английском, но я вполне хорошо понимал его.