— Тебе здесь быть не положено! — Вовка с силой оттолкнул меня. — Ты после суток… Лебедь узнает — голову откусит!
— Пусть откусывает. — Я упрямо забрался в машину. — Не переживай, лезть под руку не буду. Прокачусь только с вами… Мне всё равно не уснуть.
— Почему? — Быстро глянув на меня, Воробей вдавил педаль газа в пол. — Что-то произошло?
Огромная машина загрохотала и, звеня сиреной, озарила всё вокруг светом проблескового маяка.
— Ничего, — отмахнулся я и взял его планшет. Присвистнул и пробормотал: — Многоквартирное здание и подозрение на взрыв газового баллона? Ночью… Чёрт! Будет много пострадавших. Поднажми, Воробей!
— И так на всех парах, — пробубнил он, крутя баранку так резко, что машина чуть накренилась, входя в поворот. — Да и за нами целый караван. Скоро будем на месте… А ну с дороги, козёл! Ну что за люди? Будто сами защищены от подобной беды. Раз мозгами бог обидел, так хоть скрывались бы среди баранов, честное слово!
— Козлу среди баранов скрыться будет тяжеловато, — невесело хмыкнул я и, соединив большой и указательный пальцы в знаковом жесте, подмигнул сослуживцу.
— А кому сейчас легко? — зло рассмеялся Воробей. Поняв намёк, выключил фары и аккуратно «поцеловал» бампер упрямца. Когда тот свильнул с дороги, открыл окошко и с деланным сожалением воскликнул: — Ой, извините! Что-то с электроникой.
— Да ты…
Последовавшую за этим витиеватую тираду мы не слушали — не до этого. Прибавив газа, Вова вцепился в руль и посмотрел вперёд. Напряжённым тоном уточнил:
— Не желаешь говорить?
Я пожал плечами, понимая, что друг просто хочет не думать о том безумии, которое нам сейчас предстоит. Чтобы отвлечь Вовку от мрачных мыслей, я проговорил:
— Кажется, меня повысят.
— Да ладно⁈ — изумлённо глянул он на меня, но тут же серьёзно добавил: — Впрочем, ты достоин больше, чем кто-либо. — И гадливо скривился: — А вот Горелый будет в ярости!
— Угу, — поддакнул я, вспоминая желчное шипение Дмитрия, саркастично хмыкнул: — Придётся ему смириться с «несправедливостью».
— Ты осторожнее с ним, — неожиданно посоветовал Вова. — Он с виду приветливый, а на самом деле человек так себе. Я работаю с этим недочеловеком три года. В нём удивительно гармонично сочетаются мелкая мерзопакостность и острая интеллектуальная недостаточность. Открыто гадости не сделает, но моментом, несомненно, воспользуется. И не побрезгует ударить в спину.
— Спасибо за предупреждение, — вежливо ответил я и горько ухмыльнулся. — Мне не привыкать.
— Ты про свой недополученный диплом? — быстро глянул на меня Воробей. — Что тогда произошло? Ты никому не говорил.