— Что? На каком основании?! — процедил его высокоблагородие, вмиг взъярившись и грозно окинув взглядом говорившего гвардейца.
— Вы обвиняетесь в заговоре против императора.
— Ты пьян, майор? Я Верховный генерал императорской армии и жених инфанты Розалинды.
— Помолвка расторгнута пять минут назад, насколько мне известно. А вы, ваше высокоблагородие, повинны в покушении на императора.
— Что?
— Ваши сообщники признались во всем, герцог.
Я испуганно смотрела за происходящим и только хлопала глазами. Дёрнула сильнее простыню, и мне наконец удалось обернуть её вокруг своей талии, и я прикрыла своё тело до щиколоток.
— Какие сообщники? Вы бредите, Лоренцо? — чеканил обнаженный Альваро, сжимая кулак. Похоже, его нагота теперь его меньше всего волновала. — Все эти обвинения — наглая клевета! Я чист перед императором!
— Тогда предъявите ваш Верховный ореол власти с семью печатями, — велел майор Лоренцо, прищурившись.
Альваро резко вскинул руку и сжал своё горло. На нём ничего не было. Никаких украшений.
Обескураженный генерал выдохнул через зубы и резко обернулся ко мне. Его убийственный взор пронзил меня насквозь.
А в моё сознание неожиданно ворвалась недавняя картина из воспоминаний.
Ночь. Мы с Альваро в какой-то мрачной комнате. Горят свечи. Я наклоняюсь над спящим Альваро. Долго смотрю на серебряный обруч-ореол с самоцветами на его мощной загорелой шее. Потом протягиваю руку к этой драгоценности. Генерал крепко спит и не может мне помешать снять его.
Видение исчезло, а я снова оказалась перед гвардейцами.
Я замерла.
В этот момент Альваро смотрел на меня так люто и грозно словно хотел растерзать немедленно. Он всё понял. Понял, кто снял с него этот самый ореол.
Но самое страшное, что я хоть убей не помнила, что произошло дальше, после того как я коснулась этого серебряного ореола власти на его шее.
Я была уверена на двести процентов, что Альваро сейчас укажет на меня и обвинит в краже этого самого ореола, который, похоже, был довольно важной и ценной вещью. Но генерал упорно поджимал губы и только испепелял меня горящим темным взором.
Сжавшись всем телом, я неистово сжимала пальцами простыню на своей груди и не понимала, отчего он молчит. Майор, не понимая, что происходит, невольно проследил за взором герцога. Прошелся по мне глазами с головы до обнаженных ступней и тут же поменялся в лице.
— Иномирянка! — прохрипел пораженно майор Лоренцо.
Немедля два гвардейца вытянули из своих ножен сабли, и я ахнула от испуга. Ощутила, что они хотят броситься на меня. Я видела, что Альваро смертельно побледнел и вдруг встал передо мной, закрывая меня своим широким торсом.