Тайлер просто врезал ей с ноги по голове. Будто футболист, посылающий мяч в воздух хорошим ударом.
Этого хватило, чтобы тело на палубе обмякло и больше не шевелилось. Жива она или нет, сейчас для него было не важно. Главное — добраться до мостика и захватить его.
Укрывшись от ответного огня за выступом, Максвелл сменил магазин своего дробовика. Вход на командный мостик находился за поворотом коридора, где он находился. Десять метров прямого, как стрела коридора, который простреливался из одного конца в другой.
Присев и высунув из укрытия часть ладони, сержант быстро осмотрел пространство коридора через установленную в перчатке миниатюрную камеру. В самом конце успел заметить от шести до восьми человек в бронекостюмах. Паршиво. Видимо капитан этой посудины оставил самых боеспособных солдат прикрывать именно вход на мостик…
— Сержант?
— Что у тебя, Габи?
— Мы взяли реакторный зал, сэр, — доложил командир второй группы. — Он под полным нашим контролем.
Новость просто отличная! Если главная силовая установка крейсера теперь в их руках, то у врага остаётся крайне мало шансов окончательно решить свою судьбу самым глупым способом из всех возможных. А именно превратить всю эту посудину в подобие маленькой сверхновой.
— Дай угадаю, они пытались пустить реактор в разнос? — Предположил Максвелл, продолжая наблюдать за происходящим коридоре и жестом приказав своим людям не двигаться.
— Нет, сэр. Я сначала так подумал, но оказалось, что они бы этого в любом случае сделать не смогли бы. Оба реактора заглушены намертво. Видимо сделали это из-за боязни перегрузки. Похоже, что они вместо этого пытались восстановить питание центрального компьютера. «Ганни» во время своей атаки повредил их сильнее, чем мы думали.
— Постой, ты сказал, что их центральный компьютер обесточен? — удивился Максвелл, даже не сразу поверив в то, что только что услышал. — Это точно?
— Так сказал один из тех ребят, которым хватило мозгов на то, чтобы лечь мордой в палубу, когда мы ворвались внутрь, сержант…
— Понятно-о-о, — протянул Максвелл, по-новому взглянув на происходящее.
Если Габи прав, то теперь всё сильно изменилось.
В случае возможности абордажа экипажу корабля предписывалось удалить всю информацию из своего центрального компьютера во избежание её попадания в руки противника. Стандартная процедура. Но, если, как сказал Габи, их «мозги» сейчас в оффлайне, то сделать они этого не могут.
Теперь всё встало на свои места.
Теперь Максвелл понимал, почему команда «Свободы» так отчаянно сопротивлялась. Они пытались выиграть время на то, чтобы вновь запитать нужные системы от резервных энергонакопителей и запустить процесс удаления данных. То, что эта посудина всё ещё реагировала и как-то функционировала не означало ровным счётом ничего. Первичные контрольные функции, СЖО, управление внутренними системами. Всё это могли взять на себя вторичные блоки управления. Они для этого и предназначались в том случае, если центральный выходил из строя.