Верным оказались оба предположения: когда Виви вошла, на ней было столько побрякушек из сверкающего золота и драгоценных камней, что я зажмурился. Каждый её шаг сопровождался звоном и тяжёлым шорохом десятка подолов её многослойного то ли платья, то ли супер халата — я не мог понять, каким именно предметом одежды являлась эта громадная конструкция, сооружённая вокруг и без того крупного тела Виви.
На голове у девушки возвышалась пирамидальная шапка, отделанная золотыми узорами-иероглифами и увешенная медальонами на цепочках. Выдающаяся грудь девушки была, к сожалению, погребена под кольцами ожерелий и цепочек.
Лицо Виви хотя покрыто свисающими украшениями и слоем косметики, но всё же выражало приветливость и жизнерадостность той доброй свинарки, которой я её запомнил.
— Как видишь, Самиран, — со смехом сказала она, — я обязана показывать богатство и величие не только рода Карехи, но и Те-Танга.
— Мы всё-таки стали близкими, — усмехнулся я.
— Стали, стали. Хотя и не так, как мы с тобой хотели бы, да?
— Кхм, да. Наверное…
Виви сопровождали две челядинки в полупрозрачных халатиках. С большими предосторожностями они ввели госпожу на подиум и с ещё большими предосторожностями усадили её на ложе.
Облокотившись о приподнятое изголовье полной белой рукой, унизанной браслетами, Виви взмахнула второй рукой, предлагая мне занять место напротив.
Я занял полусидячее положение на лежаке, проследив, чтобы мои ноги были сложены так, чтобы не оскорбить хозяйку. В чёрной и короткой мини-тунике я ощущал себя почти голым, в сравнении с Виви, запакованной, как некий роскошный космонавт.
А девушка скользнула взглядом по моим ногам, рукам и груди:
— Ты изменился, Самиран. Стал как настоящий воин. Ты силён, мужественен, и это… ну ты понял. Ещё бы тебе одежду поновее, чтобы без дырок, да причёску получше — вообще красавец был бы.
— Кто бы мог предположить, что я выберу Путь воина?
— И кто бы мог подумать, что я оставлю свою мечту и займусь вывариванием озарённого мяса, как мой отец? Да найдут его грани лучшее место в Сердце Дивии. Надо было мне быть смелее, как ты, не идти по следам предков, а ставить свои следы на Всеобщем Пути.
— Да. Кстати, насчёт мяса, я как раз хотел узнать…
Но Виви или не услышала меня, или сделала вид, что не услышала. Дождавшись, когда челядинки поставили на пол между нами кувшинчики и коробочки, сказала:
— Помнишь, мой отец, предложил тебе отведать своего озарённого мяса?
— Конечно. Я как раз хотел узнать…
— Отведай и ты моего.
Я поднял с пола одну из коробочек с иероглифом рода Карехи и открыл. Квадратный кусочек мяса плавал в блестевшем жиром бульоне.