— Эшарион, сегодня должны начаться похороны императора… — проговорила Эйруэн.
— Да, я знаю, но боюсь, что до конца этого лета умрёт ещё кто-нибудь из императорской семьи… — задумчиво проговорил я, взяв кубок с вином, сделал несколько глубоких глотков, осушив его наполовину, добавив, — сегодня утром пришло сообщение о том, что были отравлены короли Лиарина и Ромнара. Старик Норн, к сожалению, не выжил.
— Жаль, он был хорошим королём. — Проговорила Эйруэн, печально посмотрев на меня. — Он был одним из тех, кто поддерживал тебя до самого конца.
— Да, старика будет не хватать…
А ведь кроме него у меня останется лишь три человека, которые обладают достаточным влиянием, чтобы немного повлиять ситуацию в столице… Пока что стоит заняться так несвоевременно прибывшими гостями.
Вацлав, глава тайной стражи прошёлся по залу, переступая через тела молодых мужчин и женщин в дорогих одеждах, только поморщившись от запаха начинающегося разложения тел, к которому не мог привыкнуть до сих пор.
— Глава, все они были отравлены, — подошёл к нему молодой агент-некромант с нашивкой в виде костяной головы дракона, — выжило лишь трое.
— Драконья кровь. — Понимающе кивнул Вацлав. — Понятно. Убери за собой и надо бы оповестить родственников умерших… В чью честь был пир?
— Это были сторонники принца Дарнира, при этом принц не смог присутствовать на торжестве, потому что начало вечера совпало с прибытием тела императора. Удивительно, но среди них нет более зрелых аристократов. Глава, неужели они научились думать?
— Нет, принц Эшарион отказался от престола лишь полгода назад. Они просто помнят, что едва не произошло и осторожничают. Начинайте работать…
— Понял, глава.
Вацлав прошёлся по залу и остановился перед беременной девушкой, лежащей в луже собственных испражнений и отошедших вод, лишь покачал головой…
Есть ли смысл в этой власти, если ради неё должны гибнуть невинные? Вы ведь предвидели это, Эшарион?
Покушение
Работы по возведения стены полностью закрывающей поместье начались с раннего утра, Лион Марц уже успел отправить людей, чтобы они доставили в поместье рабочих. Даже доставили первые партии камня и работа закипела.
Устроившись в своей комнате за столом, я перебирал бумаги и делал для себя пометки там, где что-то не сходилось. Объём получился внушительным, голова буквально пухла от имён и чисел, но всё же работал.
Раздался робкий стук в дверь и в комнату осторожно заглянула чистокровная альта, получив от меня кивок на кресло напротив стола, осторожно прошла и опустилась в него, принявшись взглядом осматриваться по сторонам пока я заканчивал шуршать бумажками, заканчивая отчёт о налогах за весенние месяцы.