— Сорок? Да вы издеваетесь? — неподдельно удивился я, — я смотрел цены. Последний проданный дом на этой улице стоил почти восемьдесят тысяч!
— Вы, похоже, не обратили внимания на дату последней продажи, — слегка иронично произнес он и, после краткой паузы, продолжил, — это было более пяти лет назад. С тех пор продаж не было. И, хочу заметить, на этой улице расположено еще три пустующих дома, которые вскоре тоже выставят на продажу. Боюсь, будь у вас желание срочно продать ваш дом, вряд ли вы бы нашли покупателя на него. Даже за двадцать пять тысяч актов. Так что барон делает вам весьма щедрое предложение.
— И все-таки я откажусь от такого щедрого предложения. Еще раз повторю: у меня сейчас нет желания продавать дом.
— Я настойчиво предлагаю вам согласиться на предложение барона, — тон резко изменился, стал жестким и угрожающим. — Барон не любит отказов, — припечатал Дарий.
— И что? Я, например, не люблю, когда мое мнение не учитывают. И если я говорю, что не желаю продавать дом, значит — не желаю. Что тут непонятного?
— Вы же понимаете, что недовольство барона — вещь весьма неприятная, и даже, в некотором случае — опасная? — на его лице появилась нагловатая усмешка. Сейчас Дарий уже не выглядел, как чиновник, скорее — как мелкий самодовольный бандюган. Хотя в нашем мире иногда в одном человеке отлично уживались обе ипостаси. Смотрю, и здесь похожая ситуация. Власть портит людей.
— Вы мне угрожаете? — я вопросительно приподнял бровь.
— Угрожаю? Ну что ты, я настоятельно предупреждаю, — советник барона резко наклонился ко мне, — ты — мелкий пацан, ты — никто, и если с тобой что-нибудь произойдет, это будет только следствием твоей глупости. Ты понял меня? — произнес он, тыча в меня пальцем.
— Дом я не собираюсь продавать. Разговор в таком тоне продолжать желания не имею, — я встал с кресла. Дарий подошел ко мне практически вплотную:
— Я даю тебе один день подумать. Потом пеняй на себя. Не тебе спорить с бароном! Сейчас я предлагаю тебе за дом уже тридцать тысяч. Завтра его цена будет двадцать. А если и тогда ты не примешь правильного решения, то учти — твоя жизнь стоит куда как дешевле этих двадцати тысяч!
— Никос!
— Слушаю вас, Семюсель.
— Сохрани запись данного разговора.
— Сделано, Семюсель.
Я повернулся лицом к Дарию. О, как я наслаждался этим разговором! Мне всегда нравилось ставить на место зарвавшихся людей. Сейчас я мог опираться на букву закона и чувствовать себя боле-менее уверенно.
— Уважаемый Дарий! Напоминаю, что вы говорите от лица барона. Согласно дворянскому кодексу, вы сейчас наговорили на пару статей. Угроза чести дворянского лица, принуждение дворянского лица, угроза собственности, принадлежащей дворянскому лицу, — начал перечислять я, но посетитель прервал меня громким издевательским смехом: