Они испуганно косились на сумку залитую кровью и частями рваной требухи Мориса. Я там конечно палочкой поковырял, убирая особо большие куски, но мелкие ошметки с ноготь величиной все равно остались. И теперь уже мой посох, не узнать имущество бывшего владельца они не могли. И увидев их взгляды, я спросил:
— Что? Да знаю, я мерзкий убийца, но я убил убийцу, отомстив за все. А это мои заслуженные трофеи, ему все равно уже ничего не нужно, а мне в хозяйстве пригодиться.
— Рассказывай Дарий, — потребовал Франко, оглядывая мои покрытые кровью трофеи, — все с самого начала.
— Погодите, я если что, тоже три дня не ел, пара сухарей и кусок солонины перехваченные на ходу в замке не в счет. Сейчас вот помру тут от голода, и оставлю вас мучится вопросами. Все равно никуда уже не спешим, час или два не имеют значения. Давайте устроим лагерь, сделаем поздний ужин или ранний завтрак тут уж как посмотреть, заодно сварим кофе. И вот тогда поговорим. Обещаю, я отвечу на все вопросы, на которые могу ответить.
Он оглядел меня прищурившись, помолчав пару секунд, но все же кивнул соглашаясь. Есть хотели все без исключения. Я насобирал хвороста по округе, и поджег костер, многие уже укрывшись тряпками провалились в полный тревог сон. Все были вымотаны, и морально и физически. Я достал все свои запасы, что притащил еще из Райлегга, когда если сейчас? В конце концов нужно отметить, мы все остались живы. Возле костра сидело пятеро, из восемнадцати выживших. Прошедшие пару дней были самыми тяжелыми для всех из нас. В ряд сидели Франко и Кассиан и Герман смотря в огонь. Все былые распри и сословные различия отошли даже не второй, а на пятый план. Так же прижавшись к Франко сидела малышка Лизи, все так же хлюпая носом.
В лагере мы позаимствовали меха с вином. Искать особо никто не искал, что нашли, то покидали в телеги, да спешно свалили с этого кладбища. Воды не было, поэтому пили вино с ели хлеб с колбасой, похоже из личных запасов Валуа. Я растолкал всех, всучив им по куску хлеба и колбасе. Заставив выпить вина. Силы нужны как никогда, особо пришлось возиться с Алисией. Она ничего не хотела есть, пришлось чуть ли не кормить с ложечки. И пока она вяло жевала, а жевать она не могла толком, у нее вся половина лица это большая болячка, ей просто было больно, обрабатывал ее ужасный ожог. Благо мази у меня всегда были с собой. Наложив сверху исцеление. Каждый был пострадавшим, в той или иной степени раненым, у каждого забрали все. Все кольца и деньги, оружие, одежду. И получалось, я ближайшее время был как нянька. Но с ней было действительно все плохо. И я как мог заботился. Но в итоге все были хоть немного накормлены.