– Так странно, – говорю отстраненно, – любовь стала глубже. А я… Его отпустила.
– В смысле? Вы разве не решили все свои проблемы и не вернулись вместе? Я слышала голос гадского гада, когда общалась с тобой в аэропорту. Клянусь!
– Мы прилетели вместе, попрощались, и… Разошлись.
– И все? – командным тоном спрашивает.
– И все, – отвечаю тихо, убито.
– Не знаю, Васен, то ли ты дура, то ли святая.
Отворачиваюсь к окну. Скорее всего, первое.
Нам приносят наш любимый раф и две порции трубочек. Айка нападает на свою, как век не ела. Смотрю на свою трубочку без толики аппетита.
Когда у Айки снова начинает звонить телефон, и та судорожно сбрасывает, тихо ругаясь себе под нос, смотрю на лучшую подругу другим взглядом.
У нее есть от меня секрет! Уму непостижимо.
– А как ты провела эти две недели? – отпиваю, вспоминая самый вкусный кофе, который пробовала в Севилье.
– Никак. Работала, – Ая уводит взгляд и покрывается толстым слоем румянца. Никакой бронзер не спасает подругу. Чувствую, обманывает же, зараза!
– Ходила куда отдохнуть?
Вновь телефон. Теперь сообщение. Айка бросает короткий взгляд, пока текст сообщения виден на экране, и улыбается, поджав губы.
– Да не-е-е, – отмахивается.
Выхватываю ее телефон, благо знаю пароль наизусть, если, конечно, предательница не успела его изменить. Та верещит сиреной и бесполезно пытается отнять у меня свою собственность.
Снимаю кое-как блокировку, мне открывается поле сообщений.
– «Сегодня свободна? Я под впечатлением от твоих навыков. Повторим?» От Руса. Что за Рус?
Вытягиваю руку с телефоном так, что Айка, как ни брыкайся, не дотянется. Подруга злится. Матерится.
– Неважно!
– Нет, говори! Хитрая какая! У меня все выведаешь, а сама за моей спиной секреты крутишь?
Кофе проливается на мои брюки и слегка обжигает. Айка пачкается кремом из трубочек. Ее кофта (новая, кстати, дорогая) вся в белых, сладких разводах. Смотрит с гневом, но я не отстаю.
Между нами никогда – никогда в жизни – не было секретов.
Кладу телефон на стол. Мы запыхались.
– Если я все тебе расскажу, то ты перестанешь со мной дружить. Так всегда случается, когда…
Она внезапно замолкает. Ее кожа из ярко-розового становится бледно-серым, испуганным. Впору бить подругу по щекам, возвращая тем цвет. Страшно за такую Айку.
– Когда?… – давлю голосом.
– Когда встречаешься с лучшим другом бывшего лучшей подруги.
Прикрываю веки. Очень сложная конструкция и перегруз связей.
– Что? – мотаю головой. От кофе затошнило.
– Я встречаюсь с Русланом. Это…
– Друг Дани? Я помню.
Руки задрожали. Опускаю их под стол, чтобы Айка не засекла. Но у той всегда было хорошее зрение и реакция, потому мои ладони теперь находятся под ладонями Айки.