— Мы на кладбище идём?
Именно в этом мы с ней отправились на первую прогулку. Вероятно, она запомнила и тот вечер, оставивший у неё в памяти неизгладимые впечатления. У меня тоже остались, особенно после того как она заявила, что Арбенину муж мороженым отравил.
— Люся, нам в библиотеку.
— Хорошо, — согласилась девчонка, и мы двинулись прямой дорогой в школу.
Первая библиотека, куда меня привела Люся, была детской. И, как оказалось, мы обе были зарегистрированы. А на меня толстая дамочка, которая играла роль главного деспота, начала орать с порога и стыдить за то, что я уже два месяца держу у себя книгу и не возвращаю.
О какой книге шла речь, мне сказано не было, а от ора за последнее время я устала, поэтому показала дамочке фак и потащила Люсю на улицу. К тому же я сильно сомневалась, что в детской библиотеке могла отыскаться подшивка «Правды».
Дамочка не успокоилась. Выскочила на порог библиотеки и пообещала, что мои родители заплатят через суд стократную сумму за ворованную книгу. И тогда она посмотрит на мою улыбку.
— Не помнишь, какую книгу я взяла у этой ненормальной? — спросила я, когда Люся повела меня в другую библиотеку.
— «Тихий Дон». Ты забыла?
Я вспомнила. Лежала на столе у Евы книга с таким названием и амурной обложкой. Ну, а что ещё могла читать Бурундуковая? Какую-нибудь беллетристику с уклоном в трагическую любовь. Она влюблена, он её бросил или наоборот. Хотя в подобных романах виноваты всегда мужики: не так посмотрел, не то сделал. Короче, он подлец и мерзавец, а героиня — белая и пушистая, но всю книгу страдает, пока в конце не приходит принц, у которого зарплата минимум миллион. Зачем ему она — старая и потасканная, а обычно нам так их и описывают — загадка природы. Или тёща жениху грибочков преподнесла, и пока он был в ауте, тут-то всё и приключилось.
Собственно, книгу по-любому следовало отдать, а то ведь не Еву, а меня посчитают воровкой.
Я где-то в прошлой жизни слышала это название, но в связи с чем — не припомнила. И даже если это было на самом деле великолепное произведение — так их тысячи, все не перечитать.
Опять жилой дом, но в этот раз библиотека в подвале. На самом доме — ржавая табличка, на которой написано, что это один из первых домов, построенных на улице Пограничной в 1957 году. Рядом новенькая табличка, которая сообщила, что это улица Толбухина, номер 10. А на углу — третья табличка. В ней сообщалось, что этот дом стоит на уникальном месте. Здесь, в начале девятнадцатого века, находилась усадьба помещика Лэпушняну, и к нему, к помещику, приходил однажды Пушкин, когда был в ссылке в Молдавии, чтобы заверить свою подорожную.