— Удойность поразительная, но нам нужно провести полный анализ кхм… «молока», — донесся из «биокоровника» голос ученого.
— Это приемлемо, держите ёмкость, — отозвался жук-караульный.
— Благодарим за такой теплый прием, — прокомментировал Жириновский процесс разбития на поляне «поляны». — Но мы, с вашего позволения, воздержимся от приема пищи на другой планете.
— Недоверие понятно, — не обиделась Сеннит и на это.
Жуки вообще не обижаются.
Взрослые уселись за стол — во главе с одной стороны Жириновский, с другой — Королева, конструкция стула которой отличалась длиной — чтобы брюшко вместить. Нам пришлось довольствоваться вынесенными из домика скамейками.
— Как вам уже известно, я хочу предложить человечеству союзный договор, — начала переговоры Сеннит. — Включающий в себя помощь в объединении человечества всех трех Вселенных, содействие в области научных разработок и объединение военного потенциала в войнах с третьими сторонами.
— Трех Вселенных? — уточнил Жириновский.
— Трех, — подтвердила Сеннит. — Мне известны теории бесконечного множества параллельных Вселенных, но они не применимы к нам на данный момент.
— Почему? — последовал закономерный вопрос.
— Развязавшие межгалактическую и межпространственную войну Древние, потеряв свои анклавы в трех Вселенных, заключили перемирие, поделив Веер Миров пополам, — ответила Сеннит. — Три доступные нам Вселенные покинуты и запечатаны в качестве примера ужаса войны на истребление. Доступными нам технологиями Барьер не преодолеть.
— Доказательства? — спросил Жириновский.
— Я могу предоставить вашим ученым расчеты, — ответила Королева. — Но разобраться в них они не смогут еще несколько поколений, если не принимать во внимание потенциальную помощь моих жуков-математиков.
— Мы бы хотели попробовать разобраться сами, — решил дать человечеству шанс Жириновский.
— Это приемлемо, — одобрила она.
Жук-караульный сходил в дом и вынес оттуда метровой толщины книгу в хитиновой корочке.
— Миша, посмотри, — попросил Жириновский.
Один из сопровождавших нас ученый перестал снимать крупный план жука-караульного и подошел к столу, на который положили книгу. Открыв ее, пробежал по странице глазами и подергал головой. Перевернув страницу, ознакомился с содержимым, почему-то побагровел и перелистнул снова. Шмыгнув носом, он рухнул на колени, вытянул руки к небесам и бросил в них жалобный укор:
— Почему я родился человеком?!!
Жириновский и Королева договаривались долго, поэтому заскучавший я отправился на экскурсию в компании Гриши и Тимофея. Последний — для формальной безопасности, так-то на этой планете мне ничего не угрожает: Сеннит я нужен, и, судя по ощущаемому мной энергоресурсу симбионта, её «восстановление» связано не только с передачей мыслеобразов, но и с «зарядкой» этого малыша. Сильно вложилась Сеннит в мою безопасность, без проблем пожертвовав парой дней активного существования. Рисковала, да, но без риска жить вообще не получается. Тут невольно приходят в голову мысли: а кто же я такой? Я что, и впрямь Избранный? Неожиданно и волнительно! Надо будет спросить.