— Понятия не имею, — сказала ему. — Думаю, на этот вопрос смогут ответить ваши ученые. Только вот… Надо ли⁈ Нужно ли нам это узнавать?
Райгар задумался над ответом, а я отправилась вдоль рядов, не в состоянии отделаться от мысли, что очень скоро разберусь. Ответ придет сам по себе, пещера мне подскажет.
И она подсказала.
Внезапно до меня донеслось негромкое пение. Я закрутила головой, пытаясь понять, откуда оно идет. И еще — странное дело! — мне показалось, что, кроме меня, никто его не слышал.
— Куда⁈ — нахмурился Райгар, разглядывавший стоящую рядом с нами амфору. Взял ее на руки, потряс — ничего! — затем поставил на место. — Куда это ты собралась? — его голос прозвучал подозрительно.
— Мне надо, — сказала ему и топтавшемуся позади нас Торко. — Я, кажется, начинаю что-то понимать…
Пошла вдоль рядов, а мужчины направились за мной, буравя взглядами спину. Впрочем, отвлекаться на недовольного короля Атии или подозрительного стража я не собиралась. Вместо этого остановилась возле одной из амфор в третьем ряду — такой же, как и все остальные, из дымчато-темного стекла.
Потому что мне показалось, будто бы пение исходило именно из нее.
— Что не так? — поинтересовался Райгар.
— Слышишь? — спросила у него, а затем взглянула на Торко. — Вы слышите ее голос?
— Чей еще голос? — король нахмурился еще сильнее. — Я слышу только голос твоего отца, спорящего с Лотаром. Надеюсь, до драки не дойдет, но я бы поставил на твоего отца…
— Нет же, это голос жрицы с фрески из той часовни! — покачала я головой. — Хотя ты ее не видел, эту самую фреску… А Торко, наверное, не помнит…
Мой страж нехотя подтвердил, что он вообще не понимает, о чем идет речь.
— Не хмурься, — сказала я Райгару. — Та девушка на фреске — она пела. Сперва эйфам, а теперь она поет мне.
— Клер, — начал было король, — тебе пора на свежий воздух! Мы обязательно во всем разберемся…
— Я и так уже разобралась, — пожала плечами. — Эта амфора предназначена мне. Она простояла здесь больше семи сотен лет, дожидаясь именно меня. И она дождалась. Теперь это мое сокровище.
— Даже и не думай!..
Но я не только подумала, но и взяла ее в руки, чувствуя, как тут же начинает плавиться, размягчаясь от тепла моих ладоней, темное стекло. Затем услышала возглас Наны и, повернувшись, увидела, как она протянула руку к сосуду через два ряда от меня.
— Она зовет меня, — заявила принцесса Атии своему жениху и тоже взяла сосуд. Но почти сразу же Нану объяло голубое свечение, после чего она почему-то стала падать…
Тут Райгар выхватил у меня из рук амфору, но было слишком поздно. Тепло моих рук проделало в ее пузатом боку дыру, из которой тоже полилось голубое свечение. Стало затекать в меня, в мои руки, в голову, напрасно король пытался окружить меня защитным куполом.