— В кабину, быстро! Дрика, за ним! Держи на прицеле: глазами моргнет — стреляй.
Надо его так посадить, чтобы все зеваки видели. Они видят трупы на бетоне, видят кровь, которая на сером разлилась ярко-рубиновыми лужами, видят все, просто не вмешиваются. У многих есть рации — наверняка докладывают, паникуют и сообщают, что главный на аэродроме — в заложниках.
А Дрика совсем с ума сошла, с цепи сорвалась, губы сжаты, лицо злое, убьет любого, кто на пути окажется. Впервые дошло по-настоящему, что ее ожидало? Женское взыграло? Это хорошо — в иных обстоятельствах оно сильней мужского, главное, на правильные кнопки нажать, как Преподобный сделал. Задень женщину, пусть даже такую еще незрелую, как эта голландка, за то, за что задевать нельзя, — и ты покойник.
Маркус все это чувствовал, старался быть тихим и незаметным. В кабине сумки, в сумках ящики. Прямо на полу автоматы, завернутые в брезент. Ты гля, компенсация за оставленный и брошенный «обменный фонд».
Вперед, на пилотское место, слева… так, ключ куда… тут вообще тумблер перекидной, никакого ключа не надо.
— Маркус, а ключ от чего? — рявкнул я.
— От багажного отсека, — ответил он.
— Спасибо.
Можно было и не пылить, и не орать на него — и так полетим. Да и отсек можно через салон разгрузить без проблем. Да откуда я знал? Впрочем, хрен с ним. Так, где здесь что? В основном все как в «сессне» или другом легком самолете, революционной компоновкой никто не увлекался. Так, не до проверок, на авось… Запускаем сразу, плевать на все… И рулим, рулим отсюда.
Твою мать! Бак неполный. Точно, они ведь недалеко, зато с грузом, вон сколько в кабине навалено, что в багажник не влезло. Это мы с максимальным полезным весом, а не с максимальной заправкой… Это мы докуда дотянем, а?
Ладно, лишь бы быстрей отсюда… Куда рулить? Взлетать от охраны или на охрану? Если «на», то мы уже на скорости будем… а толку? Огонь откроют навстречу. А если «от» охраны, то у нас заложник… Но я его увозить не хочу — нечестно.
Полоса длинная же, двойная! С «полусередины» начнем, там и высадить сможем, и взлетим пораньше… если вес позволит. Сколько здесь веса-то?
— Маркус, сколько разбег?
— Три четверти мили примерно, с таким грузом, — буркнул он.
— А пролетит сколько? Если экономно?
— Миль шестьсот, морских. Вам хватит.
Сам смотрит на Дрику, на автомат у нее в руках, ствол которого направлен ему в живот. Смотри, смотри, это хорошо, что ты смотришь. Ладно, вперед, порулили, а то доразмышляемся здесь.
Блин, помедленней бы надо, помедленней, так и дорулиться можно… Последние проверки на ходу. Поворот, еще поворот, полосы и номер под дутиками, дальше… чуть дальше. Вон люди стоят. Вон Сэйра, руки на груди сложены, боится за благоверного… а не надо, мы ему ничего и не сделаем… сейчас еще метров сто… вот так…