Пролог
«Что так больно-то, мамочки… Кости выворачивает и кровь как будто кипит. В голове тысяча молоточков: тюк-тюк-тюк! Так всегда после операции? И звуки эти странные, откуда в палате щебет птиц? Окна точно не открыть — зима на улице. Или это для расслабления? Чтобы после наркоза легче приходить в себя… Больно… Выключите этих долбаных птичек»!
— Поднимайся! Ррразлеглась!
— Изыди, — прохрипела, и даже это единственное слово я с трудом смогла выговорить, ощущение, словно я выпила парочку бокалов чего-то расплавленного.
— Вставай! Сгоррришь, — прорычал тот же противный голос.
— Не могу, мне нельзя, я после операции, — вновь прохрипела, так и не открыв глаза, даже сквозь смеженные веки было больно от слишком яркого, ослепительного света.
— Дуррра!
— Сссама такая, лучше воды принеси… Ай! Совсем что ли⁈ — воскликнула, почувствовав удар в лоб чем-то острым, и тут же меня кто-то дёрнул за волосы.
— Уходи! Быстррро!
— Ну всё, сама напррросилась, — прорычала я и всё так же, с закрытыми глазами, опираясь на кровать (почему-то твёрдую), поднялась, — так… ща, глаза открою.
— Быстррро!
— Да что же ты… Ой… мамочки! — всхлипнула я, с недоумением осматриваясь.
Глава 1
— Где я? — промычала, с недоумением осматриваясь, — это ещё наркоз действует?
— Выйди из кррруга!
— Ты где, Говорилка? Аааа, больно… тело горит! — кожу жгло так, будто меня пару раз окунули в кипящее масло, — уберите! Уберите огонь! Аааа…
— Шаг сделай!
— Не могу, — прохрипела, падая на колени, одновременно пытаясь стащить с себя, как мне казалось, пылающую на теле одежду.
— Умрррёшь! Сгоррришь!
— Да чтоб тебя, — прошипела, встав на четвереньки, и, с трудом переставляя руки и ноги, поползла за черту.
Дремучий лес с мохнатыми и покрытыми мхом елями и соснами, каменный алтарь со странными желобами, разбросанные кругом серые камни с проросшими сквозь них дикими цветами — всё это никуда не исчезло, глюки ползли со мной.
— Вышла, — произнесла Говорилка, в её голосе послышались довольные нотки. «Почему я решила, что это ОНА со мной говорит»? — это были мои последние мысли, а потом меня поглотила серая мгла.
— Поднимайся! Ррразлеглась.
— Ты не оригинальна. И кто вас так учил общаться с пациентами? И вообще, я отказываюсь разговаривать, пока мне не дадут воды, — высказалась, продолжая валяться на травке. Не знаю, сколько я была в отключке, но солнце уже так не слепило, хотя над головой не было видно даже небольшого клочка неба, густые ветви деревьев создавали довольно плотный свод.
— Ррруку пррротяни… вода там.