– Нет, миледи, – снова ответила я, стараясь, чтобы это прозвучало достаточно убедительно, а сама задумалась. Как же все-таки узнать, для чего герцогиня вытащила меня из Аухвайне и поселила в своем доме?
– Ты хочешь меня о чем-то спросить? – проницательно посмотрела тетушка.
Интересно, как ей это удается? Стоит только о чем-то подумать, а леди Шарлотта уже об этом знает!
– Да, миледи, – собравшись с духом, ответила я и вскинула голову. Глупая привычка, оставшаяся с детства. Маменька постоянно ругала меня за нее, но так и не смогла до конца искоренить «зловредный сорняк» в моем воспитании. К слову сказать, леди Вонк это тоже не удалось, хотя методы у нее отличались от матушкиных большей радикальностью.
– Ваша магия.
Я посмотрела на герцогиню и постаралась придать лицу наивное выражение.
– Вы расскажете мне…
Договорить я не успела. Черные глаза затянуло льдом. Бледные губы сжались в тонкую полоску.
– Мы не будем говорить о магии, Эвелин, – голос тетушки мог заморозить воду.
Я даже покосилась на стоящий на стеклянном столике графин, и мне почудилось, что на его хрустальных стенках появилась изморозь.
– Я предупреждала тебя, что ты не должна задавать лишних вопросов.
Казалось бы, высокий мелодичный голос и так звучал невыносимо холодно, но с каждым новым словом он становился просто невозможно ледяным.
У меня по спине пробежали неприятные мурашки.
– Ты слышишь, Эвелин? – тонкие пальцы сжались сильнее, и острые ногти пронзили кожу запястья.
– Да, миледи.
Ох, как же мне хотелось вырвать ладонь из захвата герцогини! Но я не смела.
Минуты бежали одна за другой, рука занемела, тишина казалась давящей.
– Иди к себе, Эви, – неожиданно сказала леди Шарлотта и выпустила мое запястье.
– Леди Эвелин, ваша шаль.
Мэри возникла рядом так тихо, что я вздрогнула и отшатнулась. Шелковая бахрома мазнула по кисти. На секунду мне показалось, что меня коснулась холодная змея, но я постаралась успокоиться и молча взяла у служанки расшитый яркими цветами палантин.
– Глинтвейн будет готов через минуту, миледи, – доложила Мэри.
– Отнесешь его в мою комнату, – тихо сказала леди Шарлотта и отошла к окну, словно не желая меня больше видеть. А может, так оно и было?
– Темной ночи, леди Шарлотта, – сказала я прямой, обтянутой пепельным атласом спине.
– Темных снов, Эви, – послышалось в ответ традиционное пожелание, но в голосе герцогини не было ни капли былого тепла.
Я смотрела на застывшую на фоне серого квадрата окна худощавую фигуру, в который раз пытаясь понять, что представляет из себя моя тетя и чего от нее ждать. Если бы разобраться в этом было так просто!