Кая тихо проговорила мне на ухо:
— Думаю, с другими Урла не стал бы даже разговаривать. Но братья и Джыр сильные.
Меня это не сильно утешило. За спиной серого великана стояли шестеро орков. Они ухмылялись и пялились на Каю. А ведь для них она страшная. Хотят поиздеваться? Урла тоже поднял голову. Сначала посмотрел на меня, потом перевел взгляд на Каю и довольно оскалился. Девушка задрожала от страха. Я положил руку ей на плечо. Вроде полегчало. Мне.
— Вождь Урла, — уважительно начал Джыр, — ты пришел убивать?
Урла заскрежетал клыками, рассматривая троицу. Ого, неужели сомневается? Не хочет лишний раз рисковать своей шкурой.
— Сильно же он ранен, — прошептала Кая, имея в виду торчащий из шеи серого мудака кинжал.
— Мне нужны девка и Край! Скажи, где он⁈ — рыкнул сквозь зубы Урла. — Вы можете присоединиться ко мне либо проваливайте.
— Кая? Зачем она тебе, вождь?
— Не твое гоблинское дело, Джыр, — сжал топор орк. — Последнее предупреждение.
Нависла неприятная тишина. Видимо, Джыр догадался, зачем она вождю, и рассмеялся. Гортанно и громко. Никогда не слышал, чтобы он так смеялся.
— Вождь Урла, — трясся от смеха Джыр. — Сын великого Гомзо Разорителя. Твой отец был цвета изумруда. Цвета дракона. Он создал великий клан. Он был силен. Но почему-то погиб от обычной хвори. Ровно тогда, когда первым из кланов решил пользоваться силой слова, а не оружия. А теперь ты, — Джыр больше не смеялся, запнулся, до хруста сжал топор, — явился за «чужой магией». Чтобы выжить. Ты — тот, кто загубил клан, отца и самого себя. Ты предал предков и пришел требовать крови истинного вождя, Серый? Крови того, кто вышел против тебя. Того, кто продолжил дело убитого тобой отца!
«Дипломат хуев!» — ругался я, отпуская пальцы с натянутой тетивы лука. Я не стал ждать окончания умопомрачительного монолога Джыра. И так понятно, что нас сейчас начнут натягивать, поэтому «натянул» первым.
Вших!!!
Длинная стрела со стальным наконечником прошила кожаный доспех серого орка. Застряла на уровне сердца.
«Упс»
На этот раз получилось. Ровное дыхание помогло попасть в «яблочко». Знал бы — целился бы в глаз, а не в броню. Ну да, вот так, в последний момент, все и получилось. Утешил пятидесятилетнюю девушку и почувствовал себя мужиком. Немного отлегло.
А потом Урла заорал, и мой мужик вжался под мамкину юбку. Один рывком он выдернул стрелу, словно это — заноза.
Джыр скрестил топоры с Урлой. Бом и Гым взяли на себя остальных. Я думал, что смогу… После сотни заведомо проигрышных боев с оборотнями нервы крепнут. Но замер, разинув рот.