Эльфийский квартал
Эх, вот бы этого господина Ставрова мне в преподаватели английского языка! Я бы школьную программу за неделю освоил. Реально крутейшая методика, однако не общедоступная — основанная на его таинственных магических штучках. Не знаю, как это Илья Васильевич производит, но суть такова, что сначала делаешь свой ум открытым для него, расслабляешься и смотришь в хрустальный шар — здесь нечто вроде гипноза. Потом переключаешь внимание на всякие каракули древних аштумов и сходу запоминаешь их смысл. При чем запоминается все на сто процентов. Или на двести. Из трех потрепанных веками свитков, которые Ставров извлек из запасников для моего обучения, я запомнил все три и, кажется, даже хватил чего-то лишнего, такого чего в этой писанине не имелось. Вот так закрываю глаза и вижу грязно-желтый пергамент с бледными загогулинами. При чем не просто тупо вижу, но и понимаю, какая загогулина, о чем вещает. Иногда случаются затыки: не могу понять, соотнести с известными мне словами или понятиями. Разумеется, не без сложностей, но теперь я могу выборочно разбираться в сложных для понимания письменах. Прикол в том, что современные аштумы, или как чаще их называют — степняки, ни писать, ни читать на своем же древнем языке не способны, а я вполне могу ухватить значительную часть слов из посланий их предков и частично понять смысл всего послания. А еще сударь Ставров меня похвалил, сказал, что я на редкость восприимчив к подобному рода обучению, и он меня теперь вполне уважает.
Как бы это не звучало странно, но гранит науки я грыз. И нормально так нагрыз, что Ставров на пятый день уже поговаривал о том, что пора меня знакомить со светлейшей госпожой Элиан. Так принято здесь: эльфов, тем более высокопоставленных, величать светлейшими госпожами да господами. По мне они — конченые сволочи. По крайней мере их мужчины. В их мужчинах есть что-то от пидоров: этакая жеманность, не мужская отвратная утонченность. Эльфийки зачастую занимают в неладном леадорском обществе более высокое положение, чем их мужчины. Может быть поэтому у их мужчин, не сполна реализовавших себя, имеется скрытая потребность унизить нас, нормальных мужиков. Понимают, сволочи, что у нас с самореализацией все очень неплохо.
За эти дни мы с Агатой немного побегали по лавкам, приценивались. За побрякушки с Гаи, имевшие очень сомнительное отношение к драгоценностям, давали самую разную цену. Если в одной лавке, браслет или колечко оценивали в десять рублей и кривили носом, то в другой давали тридцать, и даже пятьдесят, и сверкали от счастья глазами. Выбрав более выгодные предложения, я распродал кое-что на общую сумму в двести семьдесят пять рублей. Правда, на радостях растратились мы с кошей тоже прилично. Я заказал себе и Агате по кожаной дорожной сумке типа «рюкзак», сапоги и пару сандалий у известного в Вятиче обувщика. Затем купил кое-что из видной одежды: синий кафтан, добротные штаны, пару сорочек. Ах, да, еще трость с бронзовым набалдашником в виде волчьей головы — она просто понравилась. К тому же полезна для солидности. Так же она очень полезна, если требуется дать кому-то с размаху по башке, чтобы зря не выхватывать эльфийский клинок, который теперь я носил на ремне в более удобных ножнах.