Соня спала ровно шестнадцать часов и неожиданно для меня встала с постели с видом свежесорванного с грядки молоденького огурчика. Мои робкие попытки предложить ей остаться на Камчатке супруга тут же пресекла. Она своей ладошкой закрыла мне рот и тут же набросилась на меня со своими ласками.
— Алешенька, я больше никогда не буду спортить с тобой, но сейчас уступи, пожалуйста. Я себя чувствую замечательно, — она на меня так просительно посмотрела, что я естественно уступил, тем более что до этого было бурное выполнение интимных супружеских обязанностей.
Еще раз обсудив наши дела с Леоновым, мы, не задерживаясь, поднялись на борт «Алексея Чирикова», стоящего под парами на рейде.
Стоящая на верхней палубе команда во главе капитаном поприветствовала нас и я тут же приказал отходить.
Тут же протяжно и громко раздалась команда:
— Экипаж! — пауза, все должны осознать значимость момента. — По местам стоять, с якоря сниматься.
Засвистела боцманская дудка, строй сломался и моряки бросились каждый на своё место.
Около полудня пятого октября мы подходили в Южно-Курильску. За кормой было уже семьсот пятьдесят миль и до цели нашего похода оставалось всего ничего.
Море было неспокойное, дул свежий ветер, который чувствуется рукой, а за бортом были волны с частыми белыми барашками и отдельными брызгами. По шкала Бофорта это пятибалльный ветер.
Ничто не должно помещать нам через два-три часа бросить якорь в порту Южно-Курильска и я собирался покинуть мостик, на котором кроме меня были еще капитан и вахтенный офицер, чтобы спуститься в кают-компанию и попить горячего чая.
Но в этот момент раздался крики впередсмотрящего:
— Прямо по курсу на горизонте вижу пароходные дымы. Много дымов.
Дым одного парохода может быть чьим угодно, но много пароходных дымов могут быть только нашими.
За моей спиной тут же раздалась команда:
— Машинное, полный вперед, рулевой, курс зюйд, — и через несколько секунд. — Так держать.
Я все таки спустился в кают-компанию где меня ждала Соня, старший офицер, корабельные священник и лекарь.
— Поздравляю, господа, прямо по курсу на горизонте дымы пароходов. Это определенно наша эскадра. Больше такого количества пароходов нет ни у кого.
Я спустился в кают-компанию где меня ждали Соня, старший офицер, корабельные священник и лекарь.
— Господа, прямо по курсу на горизонте дымы пароходов. Это определенно наша эскадра. Больше такого количества пароходов нет ни у кого.
Через два часа я вновь поднялся на мостик. Мы шли со скоростью восемь узлов и в подзорную трубу хорошо можно было разглядеть наши пароходы.