Абсолютно безликое, наспех сделанное оружие пехотинца теперь обрело индивидуальность в его чутких, привыкших к тонкой работе пальцах. Он радовался, как радовались и остальные новобранцы. Кань постоянно крутил пращей, пытался стрелять еще быстрее, при этом не теряя точности. Камей вошел в раж, махал копьем как оглоблей, но багровое свечение от древка с наконечником не давало считать это просто блажью или придурью. Уру и Вань соревновались в скорости и точности атак. Им ничуть не мешало разное оружие и возраст. Попутно они вдвоем обсуждали какую-то жутко замороченную легенду.
«Похоже, именно после этих споров у отряда и появляется такое негативное настроение. Усталость после тренировок, легенда про безлунную ночь, а также скорое нашествие демонов. Немудрено, что я через час своего ковыряния в системе раз за разом находил их подавленными, а не воодушевленными, как сейчас».
— У меня будет к тебе небольшая просьба, — Обратился Стас к Каню, когда тот окончательно выбился из сил и с неохотой побрел к выходу из казармы.
— Просьба? — Опустошенность на лице и в голосе уступила место любопытству.
— Да, слушай, что надо сделать…
— Эх, Сянь справился бы с этим лучше, — Слегка загрустил мальчишка, но все же кивнул своему сверстнику, — Я сделаю это. три или четыре кэ, не дольше.
— Рассчитываю на тебя, — Улыбнулся Стас, — Как ты думаешь, Камей знает, где искать песок?
— Почему именно он? Если тебе нужен песок, то узнай у отца!
— Потому что он такой старый, что из него песок сыплется? — Удивленно спросил Саргон. Кажется, в этом мире еще не появилось похожего выражения. Судя по заливистому смеху Каня — тот имел в виду другое.
— Хах, да нет же! То есть да, ты смешно придумал про дедов, но мой папка иногда таскает себе песок. На пол в северной части казармы он его навалил, пусть и тонким слоем. Чтобы черкать на нем всякие закорючки, — Предвосхитил вопрос Кань.
— Тогда попрошу его помочь.
— Думаешь, понадобится? — Посерьезнел подросток.
— Даже раньше, чем ты думаешь. Но мы справимся, — Грустно кивнул Стас, попытался одобряюще улыбнуться приятелю, после чего быстренько отвернулся. Ему все еще становилось не по себе от взгляда на Каня вблизи. Смерть друга в одном из прошлых циклов слишком хорошо отложилась в памяти.
«Смогу ли я вообще когда-нибудь избавиться от последствий своих неудачных решений? Или однажды сойду с ума, перестану отличать петлю от реальности? Не проще ли тогда вообще ни к кому не привязываться, стать одним из мамкиных циников, которых было полно в интернете?
Нет, так нельзя. Если превращусь в очередного ублюдка, то чем я в принципе буду отличаться от демонов? Или от Фенга с Ксином? Я стану еще хуже, чем эти двое, потому что их поступки шли на высшее благо, как бы напыщенно это не прозвучало. Но и жертвовать людьми во имя высшей цели я тоже не хочу. Как и спасать ради какой-то выгоды или славы.