— Шкора там? — хрипло буркнул Шако вытирая рукавом слюни с подбородка.
Ему приходилось делать это постоянно. Если верхнюю губу удалось сшить как следует, то с нижней Ита не управилась. Пошла гниль, пришлось отрезать едва не под самый корень. Теперь не важно было, пьёт он воду, жрёт ли похлёбку, по подбородку всегда стекала струйка из разорванной губы.
— Нет, Клык, уже чую их дым. — ответил Нак.
«Клыками», по воле Варм-Ора, в стае теперь нарекали — охотников, «когтями» — тоже, но тех, кто ещё не готов охотиться на людей. Таких было немного.
— Долхо! Похой Нос! — бросил Шако и стукнул своей ногой по голени паренька.
«Носами» и «глазами» были те, кто шёл по следу. Первые вели к добыче, вторые — искали эту добычу. Так несколько дней назад, один «глаз» рассказал о стае пернатых, которая едва ли не полностью из женщин состоит. Да к тому же, с волокушами полными мяса, кости, шкур. Такое нельзя было упускать.
Нак чуть споткнулся, но скорее чтобы Шако удовлетворился и не бил его дальше. Всё же Нак знал, что как бы быстро они не шли, для Шако всегда будет — медленно. Даже будь они ветром, тот всё равно его стукнет. Такова его участь.
«Ведёт себя так, будто волк от плоти… — разражённое думал Шако смотря на резной атлатль Нока, — Варм-Ор даровал тебе шкуру… но ты не волк! Олень!»
Но вслух он никогда бы такого не сказал. Никто из стаи, не сказал бы.
— Э! Наха! — позвал Шако.
— Что, Шако? — предельно ровно, без вызова отозвался Нок ожидая новых ударов.
— Я не спашивал ланьше, но у тебя женщина среде логатых была? А?
— Нет, Шако, не было, — соврал Нак, он не хотел подкидывать дерева в очаг насмешек.
— Ха-а… Влёшь ты… — протянул Шако, — А мозет она бежала? А? Тогда же много оленей безало, да?
Шако ускорился, обогнул сосну и поравнялся с Ноком. Он заглянул тому в лицо. Нак даже не перевёл взгляда, он внимательно шёл вдоль деревьев, подмечал метки, следил за звездами — вёл, ведь не даром был Носом. Но Шако это не устраивало, он перегородил ему дрогу, и тогда тот был вынужден посмотреть.
От мочки уха, до края подбородка Шако тянулся рваный, бугристый шрам, не было части носа, а под нижней губой всегда виднелась десна и жёлтые зубы. Нак много раз слышал о том, как тот получил его. От кого. И что сделает с ним, когда найдёт. Только говорил он такое едва ли не шёпотом, у ночного костра, да подальше от Варм-Ора.
— Пелед оленями, было ещё тли стаи. И знаешь, логатые были — слабейшими. Хэ-хэ! Вы так визжали! У-уу! — заулюлюкал он.