В голове автоматически побежала строка расчётов. Я мысленно прикинула, что, получив такие деньги, смогу, наконец-то, решить все свои проблемы и мне не придется еще год, а то и дольше, обслуживать людей, подобных лорду Фаулсу.
Рука дрогнула, невольно потянувшись к чеку, но усилием воли я сжала ее в кулак и опустила.
— Огромные деньги, — произнесла тихо.
— Да. И за, по сути, простой пустяк, — кивнула девушка. — Две недели в роли невесты, затем свадьба — и появлюсь я. Вы получите деньги, я своего новоиспечённого мужа.
— Полагаете, ваш жених не заметит разницу в нашей внешности? — Я изогнула вопросительно бровь, понимая, что почти готова согласиться. — Признаю, мы с вами похожи, но не настолько, чтобы обмануть тех, кто в действительности хорошо вас знает.
Лицо мисс Вандерберг разгладилось. Видимо, она уже решила, что я согласна.
— Я подумала и об этом, мисс Истрейдж, — ответила она. — Немного магии, и мы станем просто зеркальным отражением друг друга. Я отдам вам свои документы, в вашем распоряжении будет мой дом, и моя матушка согласна сыграть роль вашей матери. Она в курсе происходящего.
«В чем подвох?» — подумала я. Вот уверена, что эта леди что-то не договаривает. Нечто важное, что, возможно, спугнет меня. Почему она сама не хочет сделать все то, что просит сделать меня? Нет, я еще поняла бы, если бы она не хотела выходить замуж и просила меня расстроить свадьбу. Но просто заменить ее на какие-то две недели?
— Я не понимаю причину, — произнесла, глядя в карие глаза девушки. У нее они были более темными. Мои собственные, цвета шоколада, казались не такими глубокими и манящими. Стоило признать, что при всей нашей схожести у мисс Элеоноры были более изящные черты.
— Вам и не надо понимать. — Она настойчиво протянула мне чек, пытаясь вложить в руку. Но я покачала головой и отступила на шаг.
— Кто ваш жених, мисс Вандерберг? Если вы хотите, чтобы я работала на вас, то стоит назвать его имя и объяснить причину, побудившую вас обратиться к невесте по найму, — сказала спокойно, отмечая, как в глубине карих глаз собеседницы зарождается раздражение. Очевидно, она уверена, что деньги решают все. Но я была осторожна. Эта молодая леди мне не нравилась. Было что-то отталкивающее в ее разговоре и даже в манерах. Она смотрела на меня как бы свысока, при этом стараясь подавить в себе надменность, вот только получалось с трудом.
— Вы вряд ли знаете его, — в голосе мисс Вандерберг прозвучала гордость, и я удивленно приподняла бровь. Вот, еще одна странность. Она определенно гордится предназначенным ей мужчиной. Почему тогда хочет избежать свадьбы?