— Я бы хотел остаться… — почти говорю «с тобой», — здесь, но не могу. Я поклялся. Возможно, когда-нибудь вернусь, — вздыхаю с лёгкой горечью. — Однако мой Путь не заканчивается здесь. По крайней мере, не сейчас. Ты уже многое узнала обо мне и должна понимать это лучше других.
Время за беседой пролетает незаметно. Ночное небо затягивают тучи. Когда рядом Наоки, я ощущаю лёгкость и радость. Она стала близка мне, но пока не поздно, надо двигаться дальше, иначе я не смогу уйти. И, что ещё хуже, подвергну опасности тех, кто мне дорог.
Девушка поворачивается и смотрит на меня с грустью.
— Пообещай, что я увижу тебя вновь, — вздыхает моя бывшая наставница и самый близкий друг.
Вместо ответа я притягиваю Наоки к себе и осторожно обнимаю, вдыхая едва уловимый аромат её волос. Она прижимается ко мне, но объятие выходит скованным, будто мы оба боимся переступить невидимую черту.
Время замирает. В этот миг существуем только мы вдвоём — посреди безмолвной ночи, на краю старого причала, где плещется чёрная вода. Я смотрю в глаза Наоки и вижу в них отражение собственных чувств — смесь нежности, тоски и горечи неизбежного расставания.
Медленно, будто во сне, она тянется ко мне и касается моей щеки кончиками пальцев. Я перехватываю её руку и прижимаю к своим губам, целуя тонкое запястье. Этот жест говорит куда больше, чем любые слова.
— Обещаю.
Если останусь жив, я вернусь.
Где-то вдалеке раздаются голоса, и наше хрупкое уединение разбивается вдребезги. Наоки отстраняется, разрывая объятия.
— Иди, — выдыхает она, пряча глаза. — Иди, пока я не передумала тебя отпускать.
Собрав всю решимость, я разворачиваюсь и покидаю причал.
Ухожу прямо в ночь, слыша лишь отзвуки собственного сердца и плеск воды. Ухожу навстречу судьбе, оставляя позади частичку себя.
Я бы заглянул ещё к Янису поболтать о слухах. Однако становится слишком опасно. Не только для меня, но и для секты. Если узнают, что я причастен к случившемуся здесь, кто знает, как поведут себя гончие императора.
Найдя укромное место, достаю маяк от убежища Феррона и активирую, влив в него Ки. Меня забирает тьма, и через несколько мгновений я уже стою в комнате с трёхмерной картой. Опускаю артефакт на край стола, и тот начинает обновляться прямо на глазах.
— Учитель, я дома, — произношу вслух, но ученик Аранга не торопится меня встречать.
Найти его несложно — он всё так же трудится в алхимической лаборатории.
— Вижу, в этот раз ты правильно понял мои слова, — он поворачивается ко мне с улыбкой. — Ты стал сильнее.
— Рад видеть вас, учитель. Вы всё ещё занимаетесь духовными сферами? — с интересом я смотрю на алхимический стол.