— Да чёрт знает, Лёш. Всё, что надо, у меня уже есть.
Подписываю каждый второй лист в нехилой стопке документов, боковым зрением отслеживая движения маленьких ручек девочки с совершенно ангельской внешностью и характером бесёнка. Кажется, сейчас деревянная погремушка в форме кита угодит прямо в лоб продавщице, опрометчиво попавшей в зону поражения. Поагукать. Угу.
— Ай! — женщина отскакивает подальше от автолюльки.
А я предупреждал. У Эльки очень хороший прицел и стойкая нелюбовь к назойливому вниманию посторонних. Сейчас еще соску выкинет и надо будет валить. Орать мы умеем почище Булки.
— Всё на складе, доставим через 2 дня, сборка и монтаж — ещё два, сборщик наберёт вас за час до приезда, — скороговоркой проговаривает продавщица, убирая стопку договоров, счетов и актов.
— Справится за один? — скептический взлёт бровей, — с доплатой за срочность.
— Если с доплатой… — из люльки доносятся предгрозовые звуки, — всё сделаем! Ждите звонка!
Ничто так не подстёгивает людей работать, как угроза детской истерики. Но у меня на этот случай есть безотказное средство, надо только успеть дойти до машины, пока юная мисс Власова не вздумала разреветься всерьез.
А ещё придумать, как отвлечь Сим-Сим на день-два дня из дома, пока в одной из комнат монтируют простенькую фотолабораторию, чтобы можно было творить дома без выездов в студию. Будет ей сюрприз ко дню рождения. С декретом у нас как-то не задалось, и с двух Элькиных месяцев, когда жена более-менее пришла в норму после кесарева, дочь путешествует с ней на работу.
Лаборатория планировалась изначально, но всё так закрутилось, что руки дошли только сейчас, спустя полгода после того, как мне вручили зелёный кряхтящий конверт и гордо назвали отцом.
Элька, Эля, Элечка. Они с Симой — самое лучшее, что случилось со мной, источник моей бесконечной любви и ответственности, хотя совсем недавно эта бесконечность пугала до приступов тахикардии. Необходимость изменить и так отлично сложившуюся жизнь. Навсегда. Допустить, что так же сильно можно любить не одного человека, а двух. Теперь понимаю, что можно и трёх-четырёх — насколько вселенная расщедрится. И да, тахикардия всё равно не исчезла, но сейчас она другого порядка — как эту новую жизнь не потерять.
Иногда, когда думает, что никто не видит, Сим-Сим настороженно замирает и осматривается. Будто не верит, что вокруг всё реально, что мы через всё прошли и остались вместе. Я тоже частенько ловлю это ощущение и буду использовать наш второй шанс на сто тысяч процентов, чтобы больше не повторилось.