— А важно ли, если кто-то после тебя у меня был?
— Сейчас — очень. И уверена на сто процентов, что и для тебя, но уже про меня. И имеет решающее значение. На слово такие как ты не верят, поэтому заключим договор, — точно, а такие как она верят. Собственно, это и демонстрируют.
— Давай попробуем, — настолько она выступала резко, что ожидал в своем духе реплики: «нужно не пробовать, а делать», но нет. — И сначала озвучь текст клятвы, а то мало ли… — задавил улыбку, сохраняя серьезный вид.
Девушка проговорила слова заготовленного и продуманного заранее соглашения, где клялась, что ни с кем не была после нашего интима и даже до него. Понятно, в проекте Эдем. Упомянула все возможные варианты близости — от поцелуев и закончила любыми видами секса. Явно крючок для меня, чтобы я нигде не смог обойти тему, съехать. Самое важное — заявила и что если она задумает начать с кем-то какие-то отношения, то сначала точку поставит в наших. В целом, ничего криминального. Все в рамках здравого смысла.
Задумался. Почему бы нет? Она мне нравилась. Секс с ней великолепен. Да, все у всех устаканивалось, пары складывались окончательно. Каждый раз искать какого-то после возвращения из рейдов? Лениво и вряд ли найти такой же огонь рядом. Если только Ви… Например, вожатую, хоть и выглядела та на двести процентов по моим шкалам, точно в голодный год за сто блинов не стану даже рассматривать в качестве кандидатки на постель.
Будет, конечно, крайне непросто, если Инга окажется Волчицей. Пусть небольшой, но процент отводил и на это. С другой стороны, держать друзей нужно близко, а врагов еще ближе. Не я сказал. Перекуем в ручные, если у нее нет штрафов навроде «прекращение участия в проекте». Пока ее послужной список чист. Никак не контактировала с мафиозным главарем. Но, если даже есть санкции за невыполнение и там можно подумать. Кандидатов на гипотетический выпил больше одного. Та же обновленная банда. Не зря клятвы молчания приносили шефу. Впрочем, пока рано говорить. Они ничего такого не совершили. Ладно. Не в ЗАГСе. В крайнем случае три раза топну и не жена она мне больше. Не жена.
Пауза затянулась, девушка нервничала, чуть закусила нижнюю губу и смотрела испытывающе. Исподлобья.
Когда я закончил произносить соглашение, не став понятно проговаривать, что до нее у меня здесь ни с кем секса не было, та неожиданно как-то, нет, не всхлипнула, а скорее шумно выдохнула облегченно. И, обняв, прижалась с силой, зарылась носом мне в грудь. Вот оно что, я и не заметил, как тяжело ей далась такая откровенность. Думал нормально.