Наследница проклятого острова
Ка́питула первая, огненная
Эта книга посвящается Аралиной Нине Кузьминичне,
моей покойной бабушке и бесконечно дорогому человеку,
который очень многому меня научил.
Ка́питула первая, огненная
Меня разбудил треск. Отдалённый, но очень резкий. Приглушённый, но пробирающий до самого позвоночника.
Я села на кровати и осмотрелась. В просторной комнате с окнами на три стороны спали остальные воспитанницы, только Виола оторвала голову от подушки и сонно тёрла глаза. Её тоже разбудил шум. Раздался грохот. Я принюхалась — пахло гарью!
— Пожар, — просипела я и, прокашлявшись, крикнула: — Пожар! Вставайте! Горим!
Мой крик зазвенел в ночной тишине, девочки завозились. Я вскочила на ноги, выхватила из тумбочки свою сумку и принялась будить соседок:
— Вставайте! Просыпайтесь! Пожар!
Гул огня за единственной дверью перешёл в рёв. Виола вскочила с постели и побежала к выходу.
— Не открывай!
Но она и не смогла бы — ойкнула, отдёрнув руку от раскалённой ручки, и потерянно посмотрела на меня.
— Буди всех! Вяжи верёвку из простыней! Будем выбираться через окна! — велела я.
— А решётки? — испуганно спросила Виола.
— Исполнять! — рявкнула я, и подруга подчинилась, принялась тормошить сонных воспитанниц и стаскивать с них одеяла.
Я подлетела к окну и с трудом распахнула деревянные створки. Они со скрипом поддались. Коснулась решётки — узких полос ржавого металла, прибитых к старой покрытой мхом стене. Подёргала.
Из-под двери взметнулись искры. Вот каска́рр![1] Открыв окно, я создала тягу. Дверь затрещала, контур косяка зарделся алым.
Думать некогда!
Я пнула решётку, но она не поддалась. Тогда я позволила второфо́рме проявиться. На коже от локтя до кончиков пальцев проступил рисунок и затвердел аспидной чешуёй, ногти превратились в длинные, бритвенно-острые когти. Полоснула наотмашь по ржавой решётке и отсекла её угол от стены. С силой навалилась на край и отогнула его. Лаз получился узким, но толстых среди нас не было.
— Ви! Верёвку сюда! — крикнула я.
У подоконника столпились испуганные девочки. Подруга подтащила связанные простыни, я быстро подёргала узлы. Вроде прочно. Привязала к той части решётки, что ещё крепилась к стене, и скомандовала:
— Ви первая, дальше по одной! Спускаться быстро, не задерживаться!
Никто не стал спорить, даже Ритана молча подчинилась. Виола влезла на подоконник и со страхом посмотрела вниз: третий этаж, а потолки в приюте в два человеческих роста, поэтому высота тут немалая.
— Давай! — я придерживала Виолу, пока она не вцепилась в ткань. — И буди второй этаж, если они ещё спят.