Друг ошарашено присвистывает и пересаживается на диван, стоящий по другую сторону стола.
— Нехило, — он прожигает меня загадочным взглядом. — Она на своем кабриолете хоть год отъездила?
— Перебесится и приползет.
— И чего ты ее не пошлешь на хутор бабочек ловить? — тянет Серёга.
— Работает усердно.
В комнате повисает тишина, но я чувствую, как друга распирает от иного любопытства.
— Ты нашел то, что искал? — все же он не выдерживает.
— Да.
— И?
— Дочь.
Серёга расслабленно бьет себя ладонью по колену и откидывается на спинку дивана.
— Поздравляю, папаша. Уже познакомились?
Бросаю недовольный взгляд на свой мобильный, лежащий на столе.
— Нет.
— Слушай, я все хотел спросить: откуда у тебя возникли отцовские чувства?
— Когда возникает вариант сдохнуть, начинаешь переосмысливать свои ценности, — отвечаю спокойно.
Серёга нервно ерзает на диване, а потом и вовсе придвигается ближе к столу.
— Ты же понимаешь, что ты не имеешь никаких прав на этого ребенка? — он переходит на шепот. — Ты подписывал кучу документов.
— Я еще при памяти, Серёг, — салютую ему своим стаканом.
— Даже с твоими связями и крупными суммами на банковских счетах, ты не сможешь оспорить свое отцовство, — продолжает наседать на меня друг, бесит меня уже. — Почитай Семейный Кодекс, узнаешь много интересного для себя.
На его довольной роже растекается ухмылка. Без подколок никуда, хотя нам уже четвертый десяток.
— А кто знает, что было проведено ЭКО? — заговорщицким тоном произношу я.
И прожигаю друга хитрым взглядом.
— Я ведь мог подцепить замужнюю девушку в клубе, провести с ней незабываемую ночь, а она бац и залетела.
— Ээээ, ну уж нет, — лицо Серёги вмиг становится серьезным, он быстро распознал посыл моих мыслей. — Я итак крупно рискую, раскрыв тебе все карты. Меня могут посадить.
Давит на жалость, хитрюга.
— Серёга, у тебя целый штат грамотных адвокатов, акул юриспруденции. Они даже покруче моих будут.
Друг бросает на меня настороженный взгляд.
— Все, не нуди. Итак, настроения нет, — ставлю пустой стакан на стол, беру свой мобильный.
На экране нет никаких оповещений.
— А что так? — с издевкой произносит Сергей.
— Забелина меня в блок отправила.
Он начинает смеяться, а я все сильнее ощущаю, как злость овладевает телом.
Какая-то выскочка будет мне еще препятствовать.
— А что ты хотел? Думал заявишься к ним на порог и скажешь: «Здрасьте, я — папа девочки!». И все тебя сразу примут, и все тебя сразу полюбят?
— Мне не нужна их любовь, мне нужна моя дочь, — произношу строго.
В свой дом приезжаю уже за полночь. Еще неделю назад я нанял бригаду, которая переделывает ремонт во всех комнатах. Сегодня они закончили детскую.