— Не переживайте, как только я доберусь до главного, родового замка, вам всё компенсируют с избытком. Как мне поговорить с вашим руководством?
— Мне приказали дать вам убедиться в безопасности ваших спутников и проводить вас, прошу следовать за мной, — сказала медик и, развернувшись, направилась к выходу.
Теперь мы не просто шли по коридорам, а периодически спускались вниз, при этом, я обратил внимание, что большая часть переходов и лифтов заварена, а идём мы по лабиринту через немногочисленные посты охраны.
— Почему часть переходов заварена, как и некоторые лестницы.
— Ещё в первые годы было принято решение усилить оборону и сделать трудным возможный штурм. Вот тогда и создали дополнительные баррикады, ловушки, заварили лишние переходы и лестницы, а после уже никто не стал тратить скудные ресурсы, чтобы вернуть всё как было.
Добраться до секции, где обитало руководство, было непросто, и увиденное меня немного напрягло. Уровень, где жили руководители Терминала, сильно отличался от остальных, здесь царило богатство, люди, обитавшие здесь, явно были сыты и не выглядели измождёнными, как те, кого я встречал до этого по пути сюда.
— Дальше мне нельзя, нет допуска, вас проводят, — сухо сказала медик и, оставив меня у пропускного пункта, хорошо укреплённого, отправилась обратно, явно не собираясь меня дожидаться.
— Идите за мной, ничего не трогайте и вопросов не задавайте, — сухо произнёс один из охранников, направившись дальше по коридору, на стенах которого висели настоящие картины. Надменность, с которой это было произнесено, вызывала немало вопросов. Он, конечно, пытался сдерживать свои эмоции, но было видно, что всех пришедших извне он считал людьми второго сорта. Похоже, за многие столетия здесь сложилась своя кастовая система, и не уверен, что кто-то захочет её ломать.
Меня проводили в богато обставленную приёмную с красивой молодой девушкой, которая сразу стала строить мне глазки и пыталась оказывать знаки внимания.
— Господин, рада видеть вас у нас, прощу вас присаживаться на диван, господин директор немного занят. Хотите чай или кофе? Настоящий, не сублимированный, захвачен у наёмников и предназначен для дорогих гостей, — с каким-то намёком произнесла она. Улыбка, движения — всё говорило об учтивости и желании понравиться, а вот внутри она оставалась холодной, как глыба льда. Холодный расчёт и профессиональная игра, вот чем занималась секретарша местного начальника.
— Спасибо, не требуется, — холодно ответил я и, усевшись на диван, демонстративно закрыл глаза, а сам включил своё восприятие на полную мощность.