Я нажимаю на кнопку звонка и замираю. За дверью даже шагов не слышно, когда щёлкает замок. Илья открывает и его лицо растерянно вытягивается. И какое лицо! Левая скула синяя, брось рассечена. Смотрю на него и чувствую, как начинает пощипывать глаза. Моргаю, стараясь не давать воли слезам.
— Привет, — говорю тихо.
Илья отворяет дверь шире, и я вижу сбитые костяшки на его руках. Ему, наверное, очень больно!
— Проходи, — прищуривается, пропуская меня в прихожую.
Я перешагиваю порог и сразу же обнимаю его. Так крепко, как только сил хватает. А слёзы нещадно наполняют глаза. Вот не хотела же плакать!
— Даша! — тянет он растерянно и стягивает с меня шапку. Его ладонь ложится на мой затылок. — Ну, ты чего?
— Ты идиот, Илья, — шепчу я, шмыгая носом. — И вовсе не чуточку.
Он усмехается, понимая меня с полуслова. Как и всегда.
Ревнуют идиоты, Даш…
Берёт моё лицо в ладони, поднимает его к себе. Смотрит так серьёзно и пронзительно. Подушечкой большого пальца стирает сорвавшуюся с ресниц слезинку.
— Ревность — это вполне закономерное чувство, когда любишь, — отвечает моей же фразой, продолжая смотреть мне прямо в глаза.
Эти слова заставляют моё сердце замереть. Не свожу взгляда с красивых голубых глаз, и ничего вокруг не замечаю. Я тоже понимаю его с полуслова, поняла даже раньше, как только узнала настоящую причину драки, но… совсем не ожидала услышать это.
— Никому тебя не отдам, — продолжает своё признание тихо и серьёзно. — Хочу быть твоим первым и единственным.
Новая слезинка скатывается по щеке, но мне уже совсем не хочется плакать. За спиной крылья порхают, а в груди фейерверки взрываются.
— Тогда поцелуй меня… — прошу шёпотом, закрывая глаза. — Пожалуйста…
Илья медлит. Я чувствую, как он склоняется к моему лицу, как на губах лёгким пёрышком оседает тёплое дыхание, но желанного поцелуя нет. Секунды превращаются в бесконечность. В какой-то момент мне кажется, что он сейчас отстранится, как вдруг я чувствую тепло его губ на своих. Не сдерживаю вздох, прижимаюсь к нему крепче, обхватывая его шею руками, а моё сердце с каждым мгновением всё больше ускоряет ритм.
Волнение захлёстывает, но я не боюсь. Я настолько доверяю Илье, что у меня нет сомнений. Он меня не обидит, и никому не позволит. Поцелуй кажется таким лёгким и невинным, что я готова вслух просить о большем. Я хочу испытать те ощущения, от которых всё тело трепещет и ноги подкашиваются. Но всё прерывается, едва успев начаться. Илья чуть отстраняется, носом проводит по моей щеке и заглядывает в глаза.
— Идём, поужинаем, — говорит мягко.