Я сразу же начал перезванивать матери, но она меня опередила. Ей тоже уже кто-то сообщил, возможно сотрудники скорой помощи.
— Артёмушка, — голос её дрожал, и она была явно напугана. — Сынок, беда у нас. Отцу плохо стало, прямо на работе. Я точно не знаю, что с ним. Его скорая в больницу забрала.
— Я знаю, мама, мне уже позвонили, — ответил я. — Встречаемся там.
Положил трубку и начал поспешно собираться. Перед уходом заглянул в соседний кабинет, сказал Вике, что надо отъехать по делам, и увидимся уже завтра.
Вызвал такси и поспешил в эту самую девятую больницу. Мы с матерью подъехали почти одновременно, сразу же подошли к стойке регистратуры.
— Можно как-то узнать, что с Красновым Сергеем Петровичем? — торопливо спросила мать. — Его к вам скорая привезла.
Женщина за стойкой неторопливо застучала по клавиатуре, сверяясь с экраном.
— Краснов, говорите? — переспросила она. — Сергей Петрович? Так, минуточку…
Мать нервно вцепилась в мой локоть, я успокаивающе положил руку ей на плечо. Рано паниковать.
— Поступил час назад по скорой, — проговорила, наконец, женщина. — Сейчас он находится в приёмном покое, его осматривают. Присаживайтесь пока, ожидайте. Как определят в отделение, вас к нему пустят.
— А что с ним? — не выдержала мать. — Можно к нему сейчас?
— Сейчас нельзя, — покачала головой женщина. — Идёт осмотр. Ожидайте, вам всё скажут.
Что ж таковы правила, так что делать нечего. Мы отошли к ряду скамеек возле стены и сели. Мать нервничала, я принёс ей воды. Ожидание всегда угнетает, но больше тут было ничего не сделать.
— Он ведь жаловался, — сказала мать. — На сердце жаловался, я имею в виду. То кольнёт, говорит, то застучит невпопад. А к врачам идти ни в какую не соглашался. Всё некогда ему, работа, само пройдёт. Вот и доработался со своей работой идиотской!
— Всё будет хорошо, — мягко сказал я. — Сейчас его осмотрят, и скажут нам, в чём дело.
Минуло около часа, прежде чем к нам вышел врач.
Это был мужчина средних лет, в зелёном хирургическом костюме. Он подошёл, держа в руках какие-то бумаги, и посмотрел на нас поверх очков.
— Краснова кто? — спросил он. — Родственница Сергея Петровича?
— Мы, — вскочила мать. — Я жена его, а это сын. Что с ним, доктор? Говорите уже, мы тут час ждём!
— Присядьте, успокойтесь, — сказал он. — Ничего страшного пока не произошло. Состояние стабильное, прямой угрозы жизни нет. Меня зовут Андрей Викторович, я кардиолог. Вашего мужа определили ко мне в кардиологию.
Я внимательно посмотрел на врача.
— Что с ним, Андрей Викторович? — спокойным тоном спросил я.