Такое, кстати, часто случается.
– Я всё это слышал много раз, – произносит отец, тяжело вздыхая. – Но всё равно не понимаю, ты бросила университет, потеряв при этом целый год…
– Поступлю в следующем году в другой, – легко отвечаю. – Куда мне торопиться, пап?.. Замуж меня всё равно никто пока не берёт, – отпускаю смешок.
Громов поднимает на меня изумлённый взгляд.
– Почему ты хочешь оставить безнаказанным то, как с тобой поступили? – намеренно пропускает отец шутку.
Мама в очередной раз закатывает глаза и прячет улыбку за кружкой с чаем.
Мирон молча ест суп, только иногда поглядывает на меня и хмурится. Его мнение на этот счёт я тоже знаю.
«Зло должно быть наказано».
Но что делать в случае, когда всё указывает на то, что «зло» – это человек, который просто не мог так поступить?..
Не верю.
Ну какая из Задорожной злодейка?.. И главное, зачем ей это? Энж утверждает, что всё из зависти и великой любви к Громову. Припоминает случай, когда Ива поставила последние деньги на то, что Мир выиграет в бое с Демидовым.
Не знаю.
Со Львом, кстати, мы остались в хороших отношениях, спокойно обо всём поговорили и всё выяснили. Они с Юлькой такое расследование устроили той ночью, когда маму увезли в больницу, что закачаешься. Просто Бонни и Клайд на минималках. И как только спелись? Такие разные…
С Ивой и Таей за последние три месяца я разговаривала только однажды и максимально отстранённо. Номер телефона намеренно поменяла. Нет больше четвёрки… Тоскливо потираю лоб.
В подробности своего ухода с курса никого не посвящала. Если честно, стараюсь не показывать вида даже Громову, но первое время… было больно вспоминать об университете. Это ведь была моя мечта… Конечно, не такая, как сам Громов и наши отношения. Но… всё равно немного обидно, хотя забрать документы было полностью моим решением.
Взвешенным и взрослым.
– Ты сам говорил, пап, – продолжаю отстаивать свою точку зрения. – Что угрозы в анонимном сообщении – это не уголовная статья, а раскопки твоих детективов с номером телефона к делу не пришьёшь.
– Мне было бы достаточно того, что твою подружку отчислили, – продолжает настаивать папа. – Ваш ректор после предоставления доказательств пошёл бы мне навстречу, не сомневайся.
Мотаю головой.
– Я уже всё решила. Мстить никому не буду, – упрямо повторяю и поднимаюсь с места. – И вы не будете, – смотрю на Громова и отца по очереди.
– Ладно, – отодвигает Мирон пустую тарелку. – Спасибо. Но запись из клуба я заберу, может когда ты увидишь всё своими глазами, изменишь мнение…
Глава 42. Мия и возмездие