Не хочу знать, что он скажет сейчас. Это будут оправдания и возможно ложь. А правда в том, что Саша смертельно устал от всего этого так же, как и я. Только, в отличие от меня, уже, похоже, не желает продолжать лелеять это суррогат вместо нормальных отношений.
И это очень болезненная правда.
Пиликает смска. Не смотрю. Опять звонит. Какой же настырный, черт! Не глядя, вырубаю телефон.
Наконец тишина. Наконец я остаюсь наедине со своими мыслями, болью и страхами.
Не помню, как проваливаюсь в сон, тяжелый и мрачный. Слезы высохли, оставляя после себя опустошение, мысли заели на одном и том же, и я уже перестала их воспринимать.
На самом деле все, чего я хочу, это просто быть вместе. И я вижу, как это можно сделать, знаю. Я даже ходила в деканат еще в феврале и узнавала про заочное обучение, и мне сказали «ок, без проблем, с сентября». Вот только…
Только не ядолжна это предлагать!
Я же не могу сказать: «Эй, Сань, а давай я буду жить у тебя? Ну и что, что мы не договаривались, я вот подумала, что так нам будет лучше»…
Нет. Ни за что. Он. Должен. Сам.
Я хочу, чтобы он это сам сказал. Сам до этого додумался. Да хотя бы уж намекнул. Но он и не думает намекать. Сволочь…Моя самая любимая, родная, желанная, тугодумная сволочь на этой несчастной планете…
До сегодняшнего вечера Сашка только и делал, что успокаивал меня. Рассказывал про каких-то срочников, заключенных и моряков, на которых мне искренне и глубоко плевать, и заверял, что так живут многие. И справляются. И мы, значит, справимся тоже.
Каждый раз, выслушивая эти мотивационные монологи, мне жутко хотелось возразить, что это у них просто выбора нет, а у нас он есть, и вполне очевидный. Но я молчала, давая Сашке возможность додуматься самому. И это разъедало меня изнутри все больше и больше, накапливая гной. А сегодня нарвало.
«Не может он так терпеть, секс по скайпу для него херня…Ну так сделай тогда что-нибудь, а, «мужик» !» – возмущенно орал на воображаемого Сашку мой внутренний голос.
И тут же рядом скулил мой почти животный страх: » Дура! А если он тебя сейчас бросит, ты это вообще переживешь?! Мирись давай! Пока не поздно…»
И вот с таким бардаком в сознании я вырубилась около трех часов ночи, так и не включив телефон. Понятно, что будильник утром не прозвенел, и пары я благополучно проспала.
Отрываю чугунную голову от подушки ближе к обеду. Со стоном сажусь на кровати и врубаю свой ни в чем неповинный гаджет. Восемнадцать пропущенных звонков тут же сыплются на меня как из рога изобилия.
Пятнадцать от Саши, два от мамы и один от нашей старосты.