Ландмистр главной провинции оказался невысоким круглым человечком, до полусмерти перепуганным внезапным визитом дракона. Пока они общались, Исангер со скепсисом вспоминал, что о Йонне Линнфро отзывались, как о решительном и твёрдом управляющем. Сейчас перед ним был дрожащий и заикающийся пожилой мужчина, которого можно было бы даже пожалеть. Вот только Исангер никого не жалел.
Сосредоточиться на формальном в общем-то разговоре мешало всё то же раздражение и ещё нечто неуловимое, постоянно отвлекавшее дракона. Не магическое воздействие, ему здесь неоткуда было взяться. Что-то другое.
Только когда едва заметно колыхнулись складки драпировки неподалёку от него, Свар понял — в гостиной был кто-то ещё. Не потому ли так испугался ландмистр?
Шпионский азарт всегда будто пробуждал Исангера от спячки, от безразличия, которое сковало его две с лишним сотни лет назад, когда погибла Айрин. И сейчас, успокоив сердцебиение, он готовился к рывку, выжидая, пока Линнфро выйдет за дверь. Стоило тому отдалиться на достаточное расстояние, как дракон рванулся к занавескам. Но противник оказался шустрее!
Всё с тем же азартом Исангер распахнул дверь. За ней в темноте пряталась девушка. Не служанка — молодая кьяра. Вероятно, дочь, о которой говорилось в деле ландмистра.
В другое время лучший шпион Даларны не отпустил бы того, кто подслушивает его частные разговоры. Любой был бы заперт в тюрьме и допрошен, неважно — мужчина или женщина — дело важнее политеса. Но стоило зажечь свет…
Стук его сердца и её рваное дыхание вдруг перестали быть слышны. Вместо них внезапно оглохшие уши резанул резкий звук, похожий на тот, с которым лопается глубокий озёрный лёд.
На секунду Исангеру показалось, что этот самый лёд сейчас расползается трещиной у него под ногами. Кажется, посмотри вниз — и уйдёшь с головой, так что дракон судорожно удерживал внимание на миловидном лице девушки, словно хватался за спасательный круг.
Когда дыхание стало перехватывать, будто он уже тонул в ледяной воде, Исангер погасил свет и вышел. Впервые в жизни ему пришлось отступить.
Что было дальше, он припоминал с трудом. Во время разговора с кьяром Линнфро дракон рассеянно раздумывал, как у этого неказистого человечка с типичной внешностью уроженца Миината может быть такая красивая дочь. Пару раз Исангер одёргивал себя и возвращался к делу, но вскоре вновь и вновь тонул в этих мыслях.
Решение остаться на обед, чтобы снова увидеть её, точно было ошибкой. Он не мог смотреть на неё. Что-то странное происходило с ледяным драконом, которого за глаза прозвали Айсберг. А когда речь зашла о женихах, Исангер испугался, что сейчас разнесёт весь дом.