Алариса рассмеялась, но совсем не весело, почти истерично.
— Север! — воскликнула она. — Почему — север⁈ Мы пробыли в пещерах не больше трех суток! Ну хорошо, я могу ошибаться, но не больше чем на сутки… Но все-равно мы не могли за это время дойти до северных морей!
— Не могли, — подтвердил Джоун.
Щурясь, он медленно обводил взглядом окрестности, пытаясь зацепиться за что-то, что могло хоть как-то объяснить произошедшее, пролить хоть немного света на то, каким образом они очутились в этих местах. Но ничего такого он не заметил. Впереди было море, за спиной слева были горы, за спиной справа тоже были горы, постепенно растворяющиеся в темном очень густом на вид лесу.
Они стояли на вершине холма, поросшего чахлой травкой, а в стороне был еще один холм, крупнее и выше, но растительность на нем была такой же слабой и низкорослой. Повсюду была видна круглая красная ягода, растущая на крошечных веточках, прячущихся в траве. На юге Лауна Альва никогда такой ягоды не встречала, и потому не знала можно ли ее есть. Но выглядела она аппетитно. Ее вид каким-то образом умудрялся передавать даже ее вкус, и девушка поняла вдруг, что он у этой ягоды кисловато-сладкий, от которого сводит скулы, но не так сильно, как он лимона. И еще немножко вяжет во рту…
Дядя Джоун молча тронул своего жеребца и неспешно-осторожным шагом пошел вниз по склону. Лауна Альва и Алариса переглянулись и сделали тоже самое.
Они спустились вниз, но задерживаться в низине между двумя холмами не стали — сразу направились вверх по склону соседнего холма. Правда, пришлось спешиться. Склон здесь хотя и был довольно пологим, но на нем часто попадались камни, и лошади то и дело спотыкались. Вероятно, когда-то очень давно, десятки тысяч лет назад, меж этих холмов прошел ледник, принеся с собой со скал множество камней. Потом ледник растаял, а камни же так и остались валяться здесь повсюду — большие и маленькие, круглые и острые, черные и белые, и даже разноцветные.
На самую вершину холма они подняться не успели — в том месте, где склон образовывал плоскую террасу, они остановились, чтобы перевести дух и попить воды. Съели по куску вяленого мяса с хлебом. Еще раз осмотрелись.
Солнце теперь спряталось за вершиной холма, отчего небо над ним окрасилось в желто-красные цвета, как это обычно бывает по вечерам, хотя Лауна Альва была уверена: до вечера еще далеко. Да и над морем цвет неба был по-прежнему голубым, а облака были белыми, и рваной пеленой растянулись вдоль всего горизонта. Айсберга уже видно не было — толи его унесло течением за пределы видимости, толи он просто скрылся за склоном холма…