— По рукам. Только я часть добычи заберу камнями.
— Зачем?
— Повезу в Москву. Как знать, может быть, найду скупщика быстрее, чем вы.
— Где? В школе? А впрочем… пробуй. Может, действительно быстрее меня найдёшь. Там же столица, там много народу этим занимаются. Только осторожнее будь, чтобы не нагрели тебя. Официальный курс — два рубля за унцию. Смотри, чтоб не меньше трёх давали. А поскольку камни у нас уже очищенные, то и все пять надо запрашивать, по-хорошему. Минимум четыре с половиной.
— Буду иметь в виду.
Я не слишком-то доверял дяде. Он мог меня обмануть причём так, что я даже не пойму этого. С другой стороны, я не был уверен, что найду скупщика быстрее, чем он, поэтому решил взять только двадцать камней из почти сотни, которые мы добыли.
Когда мы вышли из лаза в наш мир, был ывечер, солнце садилось за горизонт. Две другие точки уже не успевали проверить. Я уложил куб, шесты и треногу в чемодан. Егор собрал все вещи, и мы вернулись к машине.
До гостиницы я доехал вместе с дядей. Напоследок он обещал где-нибудь через месяц снова отпросить меня из школы, чтобы отправиться на поиски камней. За это время он также надеялся найти скупщика.
Я попрощался, вылез из машины и взбежал по ступенькам высокого крыльца гостиницы. В кармане приятно похрустывали два десятка красно-фиолетовых кристаллов — моя первая добыча, принадлежавшая только мне и никому более. Двадцать неогранённых чудо-камней — это почти тысяча рублей, а то и больше. Впрочем, вначале их продать надо, а это тоже, как оказалось, непросто.
На следующий день я рано утром с двумя чемоданами — один с вещами, другой с кубом — поехал на такси к тётушке, отдал ей куб и предупредил, что буду иногда заходить и брать его на некоторое время. Наталья Борисовна не стала меня мучить вопросами, зачем да почему. Мол, я — хозяин артефакта, мне и решать. И мне это в ней понравилось.
Больше всего я опасался слежки, но, похоже, её не было. По крайней мере, никаких подозрительных авто, едущих за мной, не обнаружил, и после визита к тётушке помчался на вокзал.
К вечеру я уже был в общежитии, где меня по обыкновению встретили расспросами трое приятелей. Перед отъездом я сказал им, что отправляюсь навестить больную матушку, поэтому они не знали о моей истинной цели. А ночью, когда все уснули, я выбрался из общежития уже известным мне тайным путём через окно и отправился к клёну закапывать тетрадь, трофейный артефакт и завёрнутую в платок горсть чудо-камней.
Во время моего отсутствия кто-то распустил по школе слух, будто император собирается снять с должности нашего покровителя. Впрочем, говорили об этом мало. По большому счёту, учащимся было плевать, кто станет следующим покровителем или директором. Такие вещи ребят мало волновали.