— Я тебя понял, — сомневаюсь, что капитан поверил моей пламенной речи, но пока эту условную ложь опровергнуть он не сможет. А вот потерю хоть какого-то источника столь потенциально полезного чудесного камушка ему явно не простят. Более того — это потенциально лишь первое из возможных чудес, что может открыть перед человечеством Игра. А сколько их всего будет?
Марьянов сморгнул. Кажется, перед его глазами тоже только что пробежали грядущие перспективы. От сгрёб со стола оставшиеся янтарики и убрал их в полиэтиленовый пакетик с вакуумной застёжкой.
— Денис, постарайся приносить излишки этого минерала нам. Думаю, они куда ценнее, любого золота и антиквариата, что ты приносил до этого. И, скорее всего, скоро тебе предложат для них более чем достойное вознаграждение.
Капитан встал со своего места и протянул руку, прощаясь.
— Я догадывался, что этим кончится. — пожал я руку службиста. — Расскажете, как пройдут лабораторные испытания?
— Думаю, да. В конце концов — это ты их приносишь, думаю тебе эта информация будет доступна.
— Спасибо. Когда можно будет вернуться домой? А то мы тут немного загостились.
— Уже можно. Все показания, что могли, с вас уже взяли. Дальше вас представлять будут уже наши специалисты, так что если вы вернётесь в родной город и будете на связи — к вам никаких претензий не возникнет. Ну а о компенсации морального здоровья девушкам… Думаю, с этим тоже что-то решим.
— Наконец-то! — обрадовался я. Дача дачей, но я уже заскучал по родным стенам. — Вы тоже в Ромодановск?
— Нет, я с этим, — Марьянов тряхнул пакетик, — спецбортом в Москву.
Ага, и начнётся у меня новая жизнь…
— Ну, надеюсь, тот кто придёт вам на смену, будет таким же адекватным.
— Не переживай, мои контакты у тебя есть. Да и не факт, что меня сменят.
На этой ноте мы и распрощались.
Возвращение к Игре
Внедорожник ещё остановиться не успел, а Элька уже висела на руках у выбежавших её встречать родителей.
Доехали мы так же без происшествий за каких-то четыре часа и не очень-то даже гнали. Потому что зачем? Утреннюю прохладу мы благополучно прозевали, но климат-контроль в салоне успешно побеждал дневную жару на протяжении всего пути, так что единственное, что тяготило нас после посещения областного центра — это воспоминания, существенно поблекшие после нашей последней ночи.
— Подождёшь меня пару минут? — коснулась моего плеча Марина, вырвав из пучины воспоминаний. — Я соберу вещи. Можно?
— Если ты действительно этого хочешь — то я буду только рад. — улыбнулся я девушке.
То, что она переедет ко мне — мы обговорили ещё на чиновничьей даче. И дело не в том, что она как-то стесняет родителей Эльзы. Тут всё было более чем пристойно и чета русских немцев принимала Мару, как собственную дочь. Тут дело было в очередной психологической травме, из-за которой девушка начала бояться любого пространства, где не было того, кто мог бы её защитить. Меня, в данном случае. Думаю, мы скоро проверим, работает ли эта фиксация на её отце, а то будет совсем грустно.