В лазарете мы подняли среди ночи немолодую женщину, имевшую слабый дар целительства. Старушка довольно долго колдовала над моей раной, но к чести справилась весьма качественно. После этого меня проводили обратно наверх и заперли в новой, 421 камере. Больше никаких происшествий ночью и утром не случилось, и я смог урвать еще несколько часов сна.
— Артоф Кройц, подъем! — раздался громкий окрик.
Резко вспомнилась Академия — мы тоже участвовали в военных сборах. Только нас в клетки не сажали, конечно. Я встал с койки и лениво потянулся.
— Подойдите на осмотр, — произнесла женщина в халате.
Я повиновался и подошел к решетке.
— Покажите ладони и тыльную стороны. Хорошо. Встаньте на одну ногу, закройте глаза и дотроньтесь до носа указательным пальцем. Замечательно. Подойдите ближе.
Я вяло исполнял указания сотрудника. Женщина проверила мои зрачки, посветив фонариком. Заставила раздеться до трусов, дабы удостовериться, что у меня не появилось новых мутаций.
— Как ваше самочувствие, сударь Кройц?
— Хочу есть и на волю, — заметил я мрачно.
— Насчет ночного инцидента: вам удалось освоить мета-энергию?
— Немного. Похоже, я стал истоком, как и хотел.
— Хорошо. Головные боли не мучают? Не появилось ли у вас каких-либо необычных мыслей? Например: желание кого-то убить, съесть, попробовать сырое мясо с кровью?
— Нет, ничего такого.
— Хотите ли вы принять еще одну дозу мета-вещества?
— А можно? — оживился я.
Резерв мой немного подрос после процедуры. Конечно, развитие ауры без опытного наблюдателя-чародея пойдет вкривь и вкось, но ничего не поделать. Кроме меня больше некому следить за своими аурными узорами.
Женщина взглянула на меня с подозрением:
— Вы чувствуете тягу к употреблению мета-вещества?
— Ах, в этом смысле. Нет, просто мне кажется, что я смогу стать сильнее. Будут ли сеансы повторяться?
— При положительном заключении экспертов испытуемые могут получать мета-жидкость для своего развития, но не в такой концентрации, как на инициации. Прогресс будет постепенным и безопасным. Терять готового мета-человека из-за чрезмерной нагрузки мы не хотим.
— Ясно. Если что, то я готов как умственно, так и физически.
— Я передам ваши слова профессору.
Женщина сделала пометки на бумаге и убрала документы:
— Кажется, четыреста двадцать первая на сегодня последняя?
— Да, сударыня, — ответил сопровождающий ее контролец.
— Подождите, а когда нас выпустят? — задал я вопрос.
— По правилам вам положены еще сутки наблюдения, после этого вы получите доступ к прогулкам и к столовой.
— Эй, можно хотя бы почитать принести?