Я толкнул дверь и вошел внутрь.
Типичная такая придорожная забегаловка для дальнобойщиков. В США, в отличие от России, грузоперевозки в большей степени полагаются на фуры с прицепами и в меньшей — на грузовые поезда. Так что дальнобойщиков много, времени вдали от дома они проводят много — а питаться им надо. Потому в определенных местах есть придорожный общепит, ориентированный на дальнобойщиков и байкеров.
Вот и эта забегаловка — типичная. Я к таким привык еще в шестидесятые годы прошлого века, и за добрых восемьдесят лет тут хрен что поменялось. И потому я люблю такие места, в которых гребаный технический прогресс немного приостановился.
Впрочем, прямо сейчас меня интересует не атмосфера, а еда.
Я подошел к прилавку и плюхнулся на барный стул.
Мое появление не прошло незамеченным: четверо дальнобойщиков, которые резались в карты за одним столом, сразу обратили на меня внимание.
— Парень, ты выглядишь так, словно за тобой волки гнались, — сказал один.
— Наоборот, это я за ними гнался, — ответил я и повернулся к хозяину заведения, немолодому мужику за пятьдесят: — мне пожрать. Барбекю, если есть, котлеты, яичницу с беконом, да побольше, побольше!!! Потому что волков-то я не догнал…
Водилы заржали, и другой заметил:
— Только, по правде говоря, волков тут давно нет. Вот вендиго — да, водятся. Мой кузен, который тут живет, их регулярно видит. Когда напьется.
И снова все ржут.
Ну да, я их понимаю. Я весь в листьях и земле, одежда местами рваная: восемь километров по ночному лесу это восемь километров. Причем не прогулки, а неистового забега во всю прыть. И теперь я просто безумно голоден, а они еще и ржут. Меня сложно вывести из себя, но сейчас я и так в крайне неважном расположении духа.
— Так ты, приятель, над кузеном зря смеешься, — сказал я. — Путаешь причины и следствия. Думаешь, твой кузен вначале напивается, потом видит вендиго? Не-а, наоборот. Вначале он встречает вендиго — потом напивается, чтобы испуг залить.
Они снова ржут.
Тут из кухни выглядывает деваха такая, лет под тридцать, то ли жена хозяина, то ли взрослая дочь, и говорит мне:
— У нас сейчас как раз есть спагетти с ростбифом.
— Траву и злаки к черту, а вот ростбиф тоже годится.
Она скрывается на кухне.
— Эй, парень, — говорит тот, у которого кузен, — а ты тоже веришь в вендиго?
— Верить можно в то, чего нет. Например, в бога. А вендиго существуют.
— Ну это я и называю верой. Так ты в них веришь постоянно или только после приема каких-то веществ? — и посмеивается, зараза.