До Шамора мы добрались без приключений, лошадка без напряжения тащила порожнюю телегу, и, чтобы экономить время, мы останавливались, только чтобы напоить и накормить её, сами же ели на ходу, по мере усталости сменяя друг друга за поводьями.
В этот раз мы были учёные и в город въехали через общий вход, заплатив всего три сестерция, как обычные люди. Устроившись на постоялом дворе, мы отдали всю свою грязную одежду в стирку и теперь голышом сидели на кроватях и наслаждались вкусной едой. Одежду нам обещали вернуть под вечер, тогда же я и планировал идти искать Валенсу.
— Как же я скучал по этой еде! — жмурился Рон, поглощая различные жаркое и соусы. — На обратную дорогу нужно будет взять с собой побольше.
— Сам же знаешь, что испортится быстро, — пресёк я его мечты, с удовольствием вгрызаясь в сочный бараний бок.
Наш разговор прервал стук в дверь.
— Сейчас открою, — проворчал нубиец и, подхватив копьё, подошёл к двери.
Держась чуть сбоку от косяка, он отодвинул засов и скользнул ещё дальше в сторону. Дверь тихо скрипнула, и я остолбенело уставился на герцога Валенсу. Герцог, со своей обычной маской на лице, бесстрастно взирал на нас, позади него виднелись люди в тёмных одеждах.
— Э‑э‑э, добрый день, ваша светлость, — промямлил я, набрасывая на себя простыню, чтобы хоть как‑то прикрыться.
— Добрый день, барон, вы разрешите войти? — спокойно спросил он, игнорируя стоящего рядом голого нубийца с копьём.
— Да‑да, конечно, ваша светлость, — спохватился я. — Извините, что в таком виде, но мы отдали свои костюмы в стирку, их вернут только вечером.
Губы герцога чуть скривились:
— А вторую пару одежды вы не пробовали купить?
Я сначала не понял, пошутил он или нет, тон герцога не изменился ни на октаву. «Будем надеяться, что пошутил», — подумал я.
— Интересно, на что мне её покупать? — поинтересовался я у него. — Феода у меня нет, доходов соответственно — тоже, а жалованье за должность мне ещё никто не выдавал.
— А есть за что выдавать? — поинтересовался Валенса, устраиваясь в кресле, перед этим брезгливо накинув на него простыню Рона.
— Ах да, точно, — решил я проверить его настроение. — Я и забыл, что среди гномов у вас нет осведомителей.
Уголок губ герцогской маски треснул и чуть приподнялся.
— Шутите, барон? Значит, у вас всё хорошо? Из письма было понятно, что у вас ко мне какое‑то очень серьезное дело. Собственно, ради него я и задержался в этой дыре уже почти на неделю. Надеюсь, вы не разочаруете меня, поскольку у меня в столице дела, не терпящие отлагательств.
Я укутался в простыню и пододвинулся к краю кровати, дав знак Рону, чтобы он посмотрел за дверью, хотя мог этого и не делать, нубиец и без того стоял там неслышимой тенью.