Почему-то признаться в том, что я не умею готовить, было стыдно.
— Да, я… конечно, сейчас.
Сосед исчез, а я налила в тазик теплой воды и занялась гостьей. Смотреть на нее было страшно, я заплакала от жалости, увидев кровоподтеки на ребрах и ссадины на лице. На шее — багровые следы пальцев. В волосах — запекшаяся кровь. Какой изверг сотворил такое с несчастной? Чтоб у него руки отсохли и глаза полопались!
Я не люблю больных. Сопли, кашель, сыпь на коже вызывают у меня натуральной омерзение. Но тут было совсем другое, и никакой брезгливости я не испытывала. Переодев гостью в чистую ночную сорочку, я постаралась устроить ее поудобнее на подушках. Оставив небольшой светильник на тумбочке возле постели, вышла в гостиную.
Марк спал, скрючившись на диване. Не раздевшись, не умывшись. Конечно же, голодный. Я опустилась на колени и разула его. Отнесла заляпанные грязью ботинки в прихожую. Натоптали… А ведь я только днем вымыла полы! Но злости не было, только усталое смирение.
— Лала, я… — муж попытался встать, но я не пустила.
— Ты поспи. Выглядишь ужасно.
— Ну спасибо.
— Ш-ш-ш, я принесу подушку и одеяло. Спи.
— У меня там Марта.
— Я присмотрю.
Видимо, Марк был настолько вымотанный, что не нашел в себе сил со мной спорить. Я прекрасно знала, что чем тяжелее пациент, тем больше сил отдает целитель. Тут и без слов было ясно, что женщина была сильно избита. Возможно, изнасилована. И Марк выложился без остатка, спасая ее. А еще долгая дорога…
Пусть спит.
Симеон Озеров вернулся с едой. Снова — из «Хромого петуха». Не поскупился, принес много и горячего.
— Сколько я вам должна?
— Мы с вами вроде бы добрые соседи? — несмотря на то, что он тоже выглядел усталым, у него еще нашлись силы шутить. — Желаете сразу поссориться?
— Нет, что вы, — смутилась я.
— Вот и славно. Помощь какая нужна?
— Нет, я справлюсь.
— Тогда я домой. Если что-то понадобится… — он замялся, переступил с ноги на ногу и обаятельно улыбнулся, — то смело посылайте за мной.
— Хорошо, спасибо.
Я отнесла еду на кухню, поправила съехавшее одеяло на плечах Марка и села в кресло в гостевой спальне. Спать уже не хотелось.
Гармония
Наверное, только теперь до моего разума дошло, что Марк — не простой человек. Он спасает жизни. Детские, взрослые… Могла ли умереть женщина, что тихо и неподвижно лежала в постели? Я представила, какую боль она чувствовала, и содрогнулась. Марк исцелил ее раны, расплатившись собственными силами. Все маги так, конечно. Мне легче, во мне ни капли дара. Я никогда не узнаю, каково это — отдать часть себя, создавая что-то новое. Хотя нет, узнаю — когда подарю мужу ребенка.