— Вот как, понятно. Тогда что насчет детей? — осмотрел Ист присутствующих подростков.
— Они сами добрались до центра и хотели выйти через шахту главного лифта, там мы и встретились.
— Что насчет остальных?
— Похоже, мертвы, если верить мистеру Алмазному, — перевел свой взгляд, на безразлично стоящего неподалеку Зигфрида, Алан, — но мы можем сейчас это уточнить, трупы должны лежать прямо за теми зданиями. Каких-то сто метров и мы все узнаем. Правда, мистер Алмазный также утверждает, что там могут быть ловушки, воздействующие на тело и психику и призванные защищать некий оккультный символ, коей, по его мнению, нужен для жертвенного ритуала.
— Какие невероятные познания у мистера Алмазного, раз он делает такие невероятные выводы, — не на шутку заинтересовался до этого неизвестным ему отпрыском семьи Алмазных, Грант.
— Согласен, — прищурился Алан, пришедший к таким же выводам десятью минутами ранее.
— Тогда в путь?
— Я отказываюсь, — неожиданно сказал сам Зигфрид, — я уже сказал вам о ловушках, и всевозможных очень неожиданных последствиях, которые могут нас настигнуть в том неблагополучном месте. Потому, если вы господа хотите туда идти несмотря на это, то без меня и моей спутницы.
От наглости и дерзости неизвестного им до этого паренька, явно находящегося не на первых ролях в клане Алмазных, иначе они бы его знали, князья поначалу даже застыли на месте, но после, придя в себя, терпеливо ответили.
— Безопасность — это хорошо, и мы понимаем ваши опасения, но верить вам на слово о том, что все остальные испытуемые мертвы, мы не можем, — спокойно изрек князь Грейс. — Ведь помимо вас и вашей спутницы, никто не видел эту груду тел. Более того, вы могли из-за волнения ошибиться в расчетах тел. Не говоря уже о том, что вы могли принять за мертвых еще живых людей.
— Также хочу заметить, что оставаться здесь без нас вам явно будет опасней, чем пойти с нами, — изрек князь Ист, — или вы полагаете, что мы не сможем избежать ловушек, которые избежали вы, когда были на предполагаемом месте жертвоприношения? В ваших словах много дерзости, я спишу ее на эту непростую ситуацию, но прошу не усугублять положение.
— Я не пойду, и точка, — без тени сомнения произнес Зигфрид, нисколько не страшившийся сейчас князей. Разумеется, он не хотел нарываться на неприятности или портить отношения, но идти на столь большой необоснованный риск и возвращаться в то жуткое место просто из-за того, что два самоуверенных воителя сильно недооценивают его и немного переоценивают себя, парень конечно не собирался.