Но собранный «на коленке» монстр, который стоял в их сарае, работал, мягко говоря, нестабильно.
Поэтому изрядную часть непропечатанных букв и рисунков приходилось доводить до ума вручную.
Ну и что⁈
Усердие и труд всё перетрут!
— Я рисую на пределе своих способностей! — возмутился парень, чьё лицо уже было измазано в чернилах.
Инди хлопнула того по голове бумажным веером, что она использовала в качестве указки.
— Всё равно рисуй быстрее! Не для себя, так для народа!
Вопль художника оказался заглушён в потоке ругательств его коллег, которых он отвлёк своими возгласами.
По всему городу революционеры разносили слухи и пересуды. И они действовали, подобно лесному пожару, разносясь по всей округе.
— Слышали, что о юге говорят? Париж одолел генерала Эрика и его силы…
— Да быть того не может! С ним же уехали наши танки? Что им станется⁈
— Угу, вот только я слышал, что у Парижа есть что-то помощнее!
— А воздушные шары? Как давно мы видели хоть один, что прилетел с юга? Куда делись все курьеры? И почему никто не возит грузы на юг? Что творят военные интенданты⁈
— Да и солдаты сидят в казармах как ни в чём не бывало. Может, они уже сдались?
— А вдруг это план Лорда-Шерифа?
— Ага, а когда ты самого Лорда-Шерифа видел в последний раз хоть? Он всё сидит безвылазно в своём Поместье!
— Если уже не свалил в закат!
— А вы читали, что пишут⁈
— Откуда только взялись эти листовки? Только воду баламутят, паникёры!
— Не паникёры, а неравнодушные граждане!
— Вот и я про что!
— А может, пойдём и спросим самого Лорда? Чего гадать-то? — неожиданно внёс предложение Алекс.
Он со своей метлой уже обошёл весь город, подкидывая к разговорам в нужный момент словечки, словно раздувая робкие огоньки пламени в буйный пожар.
— А давайте!
— Пойдём и спросим! В этом же нет ничего преступного?
— Откуда? — воскликнул Алекс, — Наоборот, мы же ради города стараемся!
— Вот-вот!
— Тогда идём!
— Вперёд!
И толпа гражданских двинулась по главной улице, точно гигантская многоножка. Которая с каждой минутой росла всё больше и больше.
Никто и не заметил, как над игроками в небо взметнулись красные флаги со сжатым кулаком. А слова о мирном собрании перетекли в требования рассказать всю правду, после чего и покарать виновных.
Революция подняла свою голову.
— Не сдадим Техас врагу! Не рухнет наше знамя! Не кончится наше дело, пока последний воин не падёт! — пела Фиалка под рокот многочисленной толпы.
Её мечта сбылась, она стала не просто трактирной певичкой, а голосом революции!
Казалось, весь город вышел из своих домов, чтобы узнать правду.