В этот момент воздух в зале вспыхнул, задрожал, словно от нестерпимого жара. Из танцующих языков пламени, словно из небытия, сформировалась фигура. Над головой существа, похожего на огромную, пылающую птицу, появилась надпись — Феникс.
— Зачем все это? — с трудом прошептала Камилла, не решаясь отвести взгляд от огненных крыльев.
— Это нужно, чтобы понимать вас, аборигенов, — словно эхо, прокатился по залу голос Феникса, — «чтобы проникнуть в ваши мысли, предвидеть ваши действия».
— Зачем ты заточил меня в криокапсулу? — выпалила Камилла, вспоминая леденящий холод и сковывающую немоту.
Феникс медленно повернул голову. Его пламенные глаза, казалось, видели ее насквозь.
— Это было необходимо, — ответил Феникс, и в его голосе прозвучали странные, пугающие нотки, — твоя…жизненная сила… она мешала мне. Но теперь все в порядке.
Мафтет молчала. Но в глубине ее сапфировых глаз Камилла заметила вспышку, но не страха. Скорее, холодной, просчитанной ярости.
— А что насчет Хранителя? Он разделяет твои… стремления? — спросила Камилла, невольно цепляясь за первую пришедшую в голову мысль, лишь бы отвлечь Феникса от Мафтет.
— Хранитель спит, — холодно ответил Феникс, — он проснется, когда Земля будет готова. Когда мы запустим терраформирование.
— Что? Терраформирование⁈ Ты его запустил — вскрикнула Камилла, ощущая, как ледяные пальцы страха сжимают ее сердце, — Но зачем⁈ Вы уничтожите нашу планету!
— Во-первых, вы сами его запустили — скажи спасибо своему отцу. А во-вторых… Уничтожим? Нет, не уничтожим, мы вдохнем в неё новую жизнь. Жизнь, пригодную для нас, — с ледяной улыбкой произнес Феникс.
— А когда мы… когда я смогу вернуться в реальность? — спросил Велес, его голос, резкий, как удар меча, рассек напряженную тишину.
— Терпение, Велес, — ответил Феникс, не удосужившись даже повернуться в его сторону, — когда процесс завершится, ты, как и все, вернешься в свой мир. Осталось подождать каких-то десять лет.
Десять лет… Камилла чувствовала, как отчаяние ледяной волной захлестывает ее. Десять лет в плену у чужих богов, в мире, который казался сном наяву. Но что-то в поведении Мафтет, в ее настороженном молчании, теплило в душе робкую искру надежды.
За 8-образным окном бушевал ад. Багровое небо, словно охваченное пожаром, прорезали зловещие молнии, превращая пейзаж за окном в иллюстрацию к апокалипсису. А по телевизору, разумеется, лилась успокаивающая ложь. Глобальный катаклизм, непредвиденная солнечная активность. Бред сивой кобылы! Феникс развёл всех и устроил на Земле второе солнце.