— Для чего оно?
— Для продления жизни целебных трав и снадобий, и сохранения их свойств. Слабой копией в нынешнее время являются консерванты, которые аптекари добавляют в лекарства, — пояснил я. — Если травы вот-вот утратят силу, достаточно капнуть несколько капель, и они оживут, будто их только что собрали. Могу продемонстрировать.
Я огляделся в попытке найти какое-нибудь растение, но Хранитель выхватил флакон из моих рук и процедил сквозь зубы.
— Только через мой труп вы будете тратить столь ценной средство.
Клавдий Тихомирович отодвинул опешившего библиотекаря в сторону и с надеждой спросил:
— А вы сможете назвать из чего состоит этот экстракт?
— Могу. Ничего сложного, — пожал я плечами. — Смола лунного платана, пыльца бессмертника северного, настой из корня черемши, сок серебряной морошки, соль подземных озёр.
Декан недоверчиво посмотрел на меня.
— И это всё?
— Да, и соотношение ингредиентов идеальное. Экстракт даже сейчас справится со своей задачей.
— И вы сможете его приготовить?
— Смогу. В этом нет ничего сложного.
— Невероятно, — выдохнул Клавдий Тихомирович. — Столько лет многие пытались выяснить точный состав, но кроме черемши, морошки и соли дальше не могли определить.
— Всё дело в том, что эфиры манаросов лучше, чем эфиры обычных растений, смешиваются друг с другом. Это как амальгама сущностей или диффузия, если перейти на понятный вам язык, — попытался объяснить я. — И чем больше времени они находятся вместе, тем сложнее определить каждый по отдельности.
— Вы думаете, вам это удалось? — с усмешкой вставил Хранитель. — Вы всего лишь понюхали и тут же всё верно определили? Вызывает большие сомнения ваш метод работы.
— Не сомневайтесь. Александр Филатов себя ещё покажет, — осадил его декан и протянул мне руку. — Благодарю за помощь.
Затем повернулся к Хранителю, который рассматривал сорванную печать.
— И вас я благодарю… Хотя бы за то, что не выгнали нас отсюда, а то вы воображаете себя не библиотекарем, а владельцем всего, что здесь находится.
— Неправда! Я лишь ответственный работник.
— Ну-ну, работник, — хмыкнул декан и двинулся к выходу. Я последовал за ним.
Когда мы вышли из лаборатории, Клавдий Тихомирович попросил на досуге приготовить «Экстракт растительной жизни» и разрешил использовать ингредиенты, хранящиеся в академии. Однако предупредил, что смолы лунного платана нет, так как это очень редкое растение, но он постарается его найти у поставщиков.
Я добрался до дому к вечеру, и как только зашёл в свою комнату переодеться, увидел Нарантую.
«Вот так сюрприз! Как ты здесь очутилась?» — удивился я.