По залу прокатился одобрительный гул. Оболенский и Лебедев на радостях обнялись, Мещеринов улыбался до ушей, а Рагозина даже пустила слезу. Для всех, и для меня в том числе, это был важный момент.
— А теперь, предлагаю отметить это событие как полагается. В моей усадьбе уже накрыт стол, машины тоже ждут. Едем! — я жестом пригласил всех к выходу.
Российская империя, город Новосибирск, усадьба рода Серебровых
Торжественный ужин удался на славу.
Я смотрел на своих новых соратников по объединению и думал о том, что день прошёл просто превосходно. «Ренессанс-Союз» из идеи превратился в реальность. Нам предстоит огромная работа, но эти трудности вдохновляли.
Я поднял бокал, произнёс короткий тост за наше общее дело, и зал ответил мне дружным звоном. Дмитрий и Татьяна тоже были за столом.
В середине ужина мне пришло сообщение от Шрама:
«Юрий Дмитриевич, всё чисто. Гостя перехватили до того, как он добрался до места. На месте оказались люди из Службы — они тоже вели его. Забрали себе и просили передать вам благодарность за бдительность».
На губах сама собой появилась улыбка.
Покушение сорвано. Барон Тучков жив и даже не подозревает, что был на волосок от гибели. Кровь не пролилась — а значит, своё слово, данное Пушкарёву и Воронцову, я сдержал.
Но что радовало особенно — благодарность СБИ. Мелочь, казалось бы, но из таких мелочей складывается репутация. Воронцов, может, и подозревал меня в чём-то после Урала, но теперь у него есть лишний повод считать род Серебровых надёжной опорой порядка, а не угрозой.
Всё шло именно так, как надо. Даже лучше.
Я убрал телефон и вернулся к гостям. Вечер был чудесный, и портить его лишними мыслями я не собирался.
Королевство Сербия, город Белград
Небо в столице Сербии было хмурым, а воздух тяжёлым, как перед грозой.
Клеменс Мюллер не любил подобные совпадения. Природа будто чувствовала то же, что и он сам — приближение бури.
— Хрень какая-то. Мне это не нравится, — пробасил Отто Штайнер, ведя машину по узким улочкам старого города. Здоровяк едва помещался за рулём, его широкие плечи занимали половину салона.
— Ты о чём? — спросил Мюллер.
— Слишком гладко всё выходит. Вебер вдруг расщедрился на «важное задание». С чего бы?
— С того, что это ловушка, — спокойно отозвался Клеменс.
На заднем сиденье молчаливый Рольф проверял оружие. Рядом с ним сидел Лоренцо Витале, и вид у итальянца был куда менее уверенный, чем обычно.
Всё началось три дня назад. Вебер вышел на Лоренцо и сообщил, что в Белграде его ждёт новый посредник с важным поручением. Дескать, последнее задание в этой операции — выполнишь, и можно ставить точку. Между строк читалось вполне конкретное пожелание: избавиться от Мюллера.