Расплескалась на полстены алая кровь и серые ошметки мозгов; я выглянул из двери и рявкнул:
— В гараж! Быстро! Прикрываю!
Напалм и Яна выскочили из-за покосившейся бетонной плиты, за которой укрылись от обстрела, и побежали к боксу.
— На грузовике защита! — крикнул я им вдогонку. — Яна, сними!
Пиромант и ведьма скрылись в гаражном боксе, и тогда я перезарядил «сайгу», воткнув в нее магазин с картечью. Мучительно медленно потянулось время — уж не знаю, что за охранные чары наложили на машину, но с ходу справиться с ними у Яны не вышло.
Вот дерьмо! Здесь же еще где-то Клоп бродит! Если займет правильную позицию, запросто оставит нас без транспорта, прострелив колеса или того хуже — движок! И придется играть с ним в кошки-мышки…
Начало быстро темнеть, надвигавшаяся с юга туча сыпанула мокрым пушистым снегом, задул резкий ветер. И в этот момент из ворот высунулся Напалм.
— Где ключи? — крикнул он.
— У Дуба ищи!
Пиромант склонился над трупом, сразу выпрямился и потряс чем-то зажатым в руке.
— Есть!
Я не стал перебегать к гаражу и продолжил контролировать обстановку со стороны. Заработал автомобильный двигатель; грузовик начал сдавать из бокса задом, показался кузов и край тента. И тогда из кустов вырвалась ледяная гончая!
Не знаю, как описать, но это была именно она. Гончая из льда. Быстрая, мощная и страшная. Зеленовато-синяя, с лазурным пламенем в глазах.
Захотелось броситься наутек, но выкатившийся из ворот гаража «шестьдесят шестой» еще только разворачивался к выезду, и тварь успевала его перехватить. Я подпустил исчадие Стужи метров на двадцать, взял небольшое упреждение и выстрелил.
Заряд картечи угодил точно в цель, и гончая взорвалась ледяным крошевом!
Не теряя времени, я выскочил из дверного проема и ринулся вдогонку за грузовиком. Напалм притормозил, Яна потянула из кузова руку. Я уже переваливался через задний борт, когда сзади грохнул дробовик, что-то садануло меня в спину и бросило на дощатое днище кузова…
1
Хриплю. Кашляю. Живу!
Да! Именно так!
Если с хрипом глотаю воздух, а отбитые легкие рвет жесткий кашель — значит, еще живой. Не факт, что надолго на этом свете задержусь, но пока копыта не откинул, всегда есть возможность за жизнь зубами зацепиться.
«Лазарь»! Надо колоть «Лазаря»!
Я перевалился на бок — черт, как же спину ломит! — зашарил рукой по поясу, но меня немедленно повалили обратно.
— Не дергайся, Лед! — потребовала Яна. — Да замри ты, наконец!
Но не дергаться я попросту не мог. Грузовик несся по полю, и на каждой кочке нас бросало и швыряло из стороны в сторону. Да еще жутко ломило спину, словно меж лопаток шибанули кувалдой.