― Вы активировали магическое умение «Аура Жизни»!
Великая Система предложила мне выбрать союзников. Накрыв аурой Обжору и Боровика, я взглянул на каменную гному. Та времени даром не теряла. Давила крысолюдов, словно злой грибник, обнаруживший поляну с поганками. Подумав немного, я пометил гному и дал добро системе. Теперь источник жизни Галлии увеличился на сорок процентов.
Гнома, добив зазевавшуюся тварь, вздрогнула и повернула голову в мою сторону. Наши взгляды встретились. Похоже, мой полог для нее не помеха. На каменном лице голема появилось выражение удивления.
Визг и предсмертные хрипы у меня за спиной оповестили о том, что Обжора, запрыгнув на ближайший уступ, начал сеять смерть и панику в рядах противника на верхних уровнях. Я только и успевал швыряться ледяными стрелами направо и налево, не забывая при этом перемещаться с места на место. Бой с Ульфом наглядно показал, как легко вычислить мое местоположение по выпущенным заклинаниям.
Краем глаза наблюдая за гномой и успевая метнуть в убиваемых ей тварей ледышки, я понимал: крысолюды Галлии не противники от слова совсем. Но нужно отдать им должное ― крысоголовые уяснили это довольно быстро.
Очень скоро пещера опустела, а в тоннелях еще долго слышался удаляющийся визг и обиженное верещание улепетывающих тварей.
Все произошло настолько быстро, что я даже не успел как следует разогреться. Судя по обиженной морде Обжоры, он тоже был не против продолжить.
Добив последнего крысолюда, раздавив тому башку, голем двинулся в нашу сторону. Я как раз умостился на широком плоском булыжнике и заинтересованно перелистывал полученные сообщения. Бешено колотившееся сердце постепенно успокаиваясь, замедляло свой ритм.
Чуть больше трех десятков тварей на моем счету за считанные минуты. Отлично! Вот бы всегда так! Походить бы с гномой по лабиринту недельку другую, да скрижалек набить… Эх мечты, мечты!
― Неплохо размялась!
Голем остановился в трех шагах от меня. Его каменная голова трансформировалась в голову гномы. Странное зрелище. Галлия была похожа на улыбающегося рыцаря в огромной каменной броне.
Я лишь пожал плечами и пристально посмотрел ей в глаза.
― Предлагаю начать все заново, ― уже более дружелюбно сказала она и, кивнув на осколки саркофага с письменами, добавила: ― Я так понимаю, мое имя ты знаешь. Кто ты и откуда?
― Эрик Бергман, сын простого шахтера из Орхуса, ― решил назваться я, отметив при этом, что гнома уже не пытается называть меня смертным.
― Бергман… ― задумчиво повторила она. ― Нет… Не слышала… Так ты говоришь, меня притащили сюда мои соплеменники?