Слабости: стрелы хамайя — Оставь подкрепление у ближайшей реки
Уровень опасности: смертельный
Встречается: нечасто
ХАНАТАКА ТЭНГУ
Категория: неизвестно Рекомендация: беги
Умения: неизвестно
Слабости: неизвестно
Уровень опасности: катаклизм
Встречается: очень редко
Белый Тэнгу
С того момента, как взошло солнце, мальчик дрожал от все усиливающейся лихорадки. Это должен был быть самый особенный день, первый день его двенадцатилетия. Следующий день должен был ознаменовать официальное начало его ученичества на кожевенной фабрике отца. И поскольку его мать знала, как мало его интересует семейное ремесло, она пообещала своему сыну, ставшему мужчиной, целый день роскошной еды и только что сшитую одежду.
Двенадцать лет, цикл.
Стоя на кухне, она с изумленным видом качала головой, рассказывая своему сыну, все еще лежащему на футоне, что не так давно держала его на руках, а теперь он вот-вот ее перерастет. Рену нравилось, когда она так говорила. Он был невысоким, даже по сравнению с мальчиками его возраста, но мать продолжала повторять ему, что, по ее мнению, он выше.
Она скорчила гримасу, нарезая толстые куски мяса. Прошло больше десяти лет с тех пор, как она ела мясо; в последний раз это случилось после родов и только потому, что местный настоятель ей разрешил. Тем не менее, она пообещала своему мужу, что, пока мальчик растет, он будет время от времени получать мясо, и, поскольку он так сильно любит мясные ребрышки, сегодня он получит двойную порцию лапши в своей миске.
— Я дам тебе самый жирный кусок, — сказала она, подмигнув сыну. Он улыбнулся в ответ, затем перевернулся на другой бок, его голова раскалывалась от очередного приступа мигрени. Его мать пересекла маленькую комнату и коснулась тыльной стороной ладони его лба. Она прищелкнула языком. Она сказала ему, что добавит немного специй, чтобы вылечить эту подлую лихорадку.
Его отец вошел в дом, и, как только дверь открылась, в нос мальчику ударил резкий запах танина и дыма. Он шагнул к сыну босиком, хотя мальчик не мог его видеть из-за внезапного света. Знакомое ощущение грубых пальцев, перебирающих его волосы, предшествовало смешку.
— Смотри-ка, кто наслаждается ленивым утром в день рождения, — сказал его отец своим сухим, но любящим голосом. Рену не нравилась идея пахнуть, как его отец, после рабочего дня, но это устраивало мужчину.
— Я встану, как только тарелка окажется на столе, — сказал Рен, вызвав еще один смешок.
— Это мой мальчик, — ответил отец, прежде чем уйти.
Тарелки со стуком опустились на стол, и Рен попытался опереться на локоть, но едва его голова оторвалась от подушки, как она начала кружиться. Он почувствовал, что теряет сознание, позвал мать и рухнул обратно. Последнее, что он услышал, когда потерял сознание, был крик матери, приказывавшей мужа позвать настоятеля.