Про род Медведевых я знал немногое. Только то, что они из Москвы и владели компанией сухопутных грузоперевозок, а ещё несколькими мебельными предприятиями. Отец не рассматривал их, как партнёров, не было пересечений интересов.
— Расслабься, Анатолий, — успокаивающе улыбнулся я ему. — Спасибо, конечно, что поделился, но это твой секрет и он мало что лично для меня меняет.
— Спасибо, — смущённо улыбнулся он в ответ.
На этой ноте мы решили готовится ко сну, а я не забыл отправить Варе и матушке смс-ки, что со мной всё хорошо. От сестры сегодня уже пришло сообщение с содержанием, что кое-кто мог бы и позвонить, и вообще забыл про собственную семью. И Варе было всё равно, что я как бы всего второй день в Корпусе…
На следующее утро, после плотного завтрака, у нас первым занятием стояла стрелковая подготовка, которая должна будет пройти не в комплексе арены, где есть тир, а на стрельбище. Возле столовой нас перехватил суровый, немногословный боец в звании сержанта, построил и повёл на полигон.
— Как думаете, занятие опять Николаев будет вести? — шепнула сзади Аврора.
— Сомневаюсь, — взял слово Игнат. — У него занятия по боевой подготовке и выживанию, а стрелковая совсем у другого преподавателя. Ты не читала фамилии на стенде?
— Да я как-то… — не нашлась ответом девушка.
— Мы только общее расписание посмотрели, — пришла ей на помощь Альбина и ткнула пальцем в спину моего соседа, отчего тот аж вперёд подался на два шага и чуть не врезался во впереди идущего. — Кстати, Толик, в субботу всё в силе? С Костей поговорил?
Я с вопросом приподнял бровь и посмотрел на соседа. Тот уже хотел было возмутиться на тычок, но подавился словами и виновато взглянул на меня.
— Пока нет… забыл…
— Эх, — вздохнула Альбина и переключилась на меня. — Костя, мы в субботу, в увольнительную, погулять хотим. Толик согласился, а ты как?
Я задумался. В целом — планов не было, а развеяться и посмотреть Смоленск можно. Не сидеть же в четырёх стенах.
— Можно, — принял я решение.
— Вот и славно! — обрадовалась она и зашушукалась с Авророй, у которой слегка покраснели щёки.
До полигона мы шли минут пятнадцать, может чуть меньше. В какой-то момент асфальтированная дорожка сменилась на щебёнку, по краям которой стояли чуть пожелтевшие от времени стенды. Дальше лежала огороженная забором обширная территория с небольшой лесополосой и парой зданий. Место для отработки стрельбы было укрыто проржавевшей крышей.
— Новобранцы, построились! — гаркнул мощным басом невысокий, коренастый мужчина с густой рыжей шевелюрой и бакенбардами. Он обвёл нас мрачным взглядом и недовольно поморщился. Заросшие брови, нос картошкой и глубоко посаженые глаза придавали его лицу вечно недовольный вид. Форма Корпуса на нём сидела идеально, без единого пятна или пылинки.