«Откуда такая чудовищная сила⁈ Это из-за доспеха⁈» — пронеслась мысль в голове княжны, впечатлённой столь быстрой и кровавой расправой. А именно кровавой она и была. Голова твари лопнула от встречи с полом, а её мозги разлетелись во все стороны.
— Не отставай! — бросил на неё взгляд через плечо Демидов. И от этого взгляда по спине княжны пробежали мурашки. Единственное, что она смогла сделать в ответ — быстро кивнуть.
Они прорывались, а твари продолжали напирать. Благодаря урокам матушки и тому опыту, что она уже успела обрести в Корпусе и ранее, концентрацию удалось не потерять. Любая её ошибка сейчас могла стоить жизни Волкову, а что до тварей… То Мария видела, с какой скоростью и силой Демидов расправлялся с ними. Жестоко, кроваво и беспощадно, но пусть девушку это и пугало, с другой стороны это завораживало и она чувствовал себя в полной безопасности за спиной Кости… нет, воителя Корпуса, который защищал её и жизнь друга.
Постепенно чудовищ становилось меньше, их истребляли одного за другим. Первый шок от внезапного нападения прошёл и люди дали ответный бой. Пусть у них не было оружия и доспехов, но был дар. И этот дар обрушился на головы тварей, усеивая их телами и кровью всё вокруг. В этом хаосе даже образовалось место, где выжившие дали свой отпор и где собирали раненых.
Там же, среди них, Мария увидела Аврору, а Альбина с Толиком таскали раненых, кричащих от боли. Подруга и соперница помогала, как могла, спасая жизни, а её форма полностью пропиталась кровью.
— Костя, слава богам ты нашёл их! — подбежал к ним Толик. Бледный и трясущийся, он старался держаться и не поддаваться панике, но Голицына видела его страх. — Что с Игнатом⁈
— Подрали его, — Демидов аккуратно уложил на пол потерявшего сознание Волкова. — Но жить будет.
Это был не вопрос, а утверждение, причём говоря это — Демидов смотрел на неё. И вновь от его давящего, столь непривычного и холодного взгляда, Марию пробрало до дрожи.
— Я почти залечила рану, — взяла она себя в руки, припадая на колени перед Игнатом. — Скоро закончу и помогу остальным!
Демидов кивнул и отошёл куда-то в сторону, а Мария принялась за работу. Раненых становилось всё больше, бой перешёл из зала по всему особняку Шуйских.
— А-а-а! Рука! Моя рука! — кричал светловолосый парень, в котором девушка узнала сына британского принца. Держась за обрубок левой руки он метался, пока его держали и пытались наложить жгут.
Чем больше Голицына видела вокруг себя, тем большее понимала — выживших слишком мало, а мертвецов несоразмерно больше! Вон окровавленная Чжао Линь, окружённая остатками собственной делегации. Неподалёку от них на полу сидел один единственный японец, чье тело покрывали кровоточащие раны. Мужчина пустым взглядом смотрел перед собой и держал на руках то, что осталось от сына Сёгуна.