Теплым — если не сказать жарким — майским утром, в последний раз позавтракав больничной кукурузной кашей, сытной, но не особо вкусной, я вышел в госпитальный двор. Скучавший у дверей здания часовой, тот самый коротышка-ефрейтор, что первым предстал моему взору три недели назад, когда я пришел в себя в здешней палате (а до этого, подозреваю, именно его стараниями к моим и без того многочисленным травмам добавились разбитые стволом автомата губы, но это уже не точно, да и не важно, по большому счету) дружелюбно мне козырнул. Помешкав, я ответил бравому бойцу приветливым кивком, жеста его руки, однако, не повторив — головного убора на мне не было, а принято ли здесь в таком виде отдавать воинское приветствие, я так до сих пор и не выяснил. Нет, видел на стенде в «красном уголке» фотографию со строевого смотра, на которой улыбчивый Высший Руководитель приветствовал подобным образом личный состав части — сам при этом будучи с непокрытой головой — но тут, ясное дело, особый случай…
К тому же, формально госпиталь я нынче покидал человеком сугубо гражданским — что подчеркивалось отсутствием на выданной мне в дорогу полевой форме петлиц и каких бы то ни было иных нашивок. Обезличенный комплект цвета хаки — в Пхеньяне многие так ходят после демобилизации. Ну да, официально я снова пребывал в отставке — подобно Джу, в распоряжение которой и был сейчас негласно откомандирован. Но если Мун Хи удостоилась чести хранить свое офицерское удостоверение при себе, пусть и не козыряла им направо и налево, то мои документы младшего лейтенанта без вариантов остались в сейфе у полковника Кана.
Там же теперь лежал и врученный мне орден Государственного флага 3-й степени. Довольно красивый, серебристый такой, с позолоченной пятиконечной звездочкой по центру. Мне даже позволили пару минут благоговейно подержать эту высокую награду в руках, но затем решительно ее отобрали и заперли под замок — секретность, блин, куда деваться: для всех непричастных ровным счетом ничего экстраординарного в начале мая в стране не произошло. То есть не было ни похищения Джу, ни визита ко мне домой лейтенанта госбезопасности Лим, ни удара ей по затылку утюгом, ни нашего с Хи Рен ночного мотозаезда со стрельбой… Ни полудюжины боестолкновений с десятками убитых и раненых с обеих — если вообще не с трех — противоборствующих сторон. Ни мощного взрыва в здании министерства обороны, ни отчаянного десанта дельтапланеристов военной разведки прямо на крышу штаб-квартиры Кукка анчжон повисон …